— Потому что мне любопытно. — Он ухмыляется. — Я всегда хотел попробовать доску Уиджа, но у меня не было друзей, которые согласились бы это сделать. Лорен и Ник пугаются слишком легко, а ты? Ты уже несколько недель живешь под одной крышей с призраком и почти глазом не моргнула.

Ну, он не знает о том случае, когда я позвала Эрика, потому что мне стало жутко. И прежде чем я успеваю решить, хочу ли и дальше держать это при себе, Киран продолжает:

— А что, если призрак, который живет у тебя, на самом деле Светти-Скелетти, и окажется, что Светти-Скелетти — это Элизабет? Просто подумай, Кайли! — Он размахивает вилкой. — Если узнаем имя, то очень облегчим Эрику жизнь.

Я смотрю на него, прищурившись.

К сожалению, именно этот аргумент может меня переубедить. У Эрика и без того слишком много всего навалилось, и если я смогу снять с его плеч хотя бы одну проблему, то, наверное, переживу мурашки по коже от спиритического сеанса.

— Ты правда думаешь, он станет строить расследование на ответах, которые мы получим от доски Уиджа? — Я склоняю голову набок и постукиваю вилкой по губе.

Произнесенное вслух, это звучит куда нелепее, чем у меня в голове.

— Эй, кто знает? — Он пожимает плечами и отправляет в рот очередную вилку запеканки. — Может, женщина скажет нам, что ее зовут Ольга, что пятьсот лет назад она приехала сюда из Скандинавии, а потом мирно умерла в сорок с чем-то лет в окружении любимых людей. Дело закрыто.

Я смотрю на него и очень надеюсь, что мой взгляд достаточно ясно передает: «Ты правда думаешь, все будет настолько просто?»

— А что, если мы действительно поговорим с призраком? — спрашиваю я, гоняя кусочек макарон по тарелке. — Или доска скажет, что это вообще не призрак, а мы вызвали демона? А если ответы будут просто бессмыслицей? А если...

— Кайли, — перебивает он меня с ухмылкой. — Подруга, хватит этих «а если». Никому от них пользы нет. Повеселись немного! Рискни!

Я тяжело вздыхаю и сжимаю пальцами переносицу.

Почти уверена, что наши представления о «веселье» очень сильно различаются. И не сомневаюсь, что он нервничал бы не меньше меня, а то и сильнее, если бы речь шла о его доме.

— Чем меньше я знаю о том, кто со мной живет... — Я неопределенно машу рукой в сторону гостиной. — ...тем проще мне не замечать некоторые неприятные истины.

— А вдруг это призрак-извращенка, и город когда-то изгнал ее именно поэтому? Тебе правда не хотелось бы об этом знать?

Я смотрю на него с абсолютно непроницаемым лицом.

— Ты думаешь, я живу с призраком-лесбиянкой, которая за мной подглядывает?

— Это сказала ты, не я. — Он примирительно поднимает руки. — Я лишь говорю, что если ты будешь знать, что живешь с призраком-лесбиянкой, которая за тобой подглядывает, то сможешь вызвать экзорциста.

Я не могу удержаться и закатываю глаза.

Но теперь эта картина уже засела у меня в голове, и я начинаю вспоминать каждую хлопнувшую дверцу шкафа, каждую скрипнувшую дверь, гадая, а вдруг в его словах что-то есть.

Чтоб его.

— Ладно. Доедай. — Я накалываю на вилку кусочек макарон.

Похоже, сегодня мы все-таки выясним имя моей призрачной соседки.

Как только мы заканчиваем есть, Киран собирает наши тарелки и относит их в раковину, а потом хватает доску Уиджа и усаживается на пол у журнального столика рядом с моим диваном.

— У тебя есть свечи? — Он многозначительно оглядывает мою гостиную. — Ну, знаешь, чтобы создать атмосферу.

Я бросаю на него сухой взгляд.

— Жуткую атмосферу. Вытащи мозги из штанов.

— Конечно, свечи у меня есть.

После отключения электричества я запаслась ими как следует. Теперь шкаф забит всевозможными свечами: от маленьких чайных до тех, что горят по двадцать часов, от обычных без запаха до тыквенных со специями и ванильных, потому что этот аромат напоминает мне Эрика. Я достаю из шкафа целую охапку. Киран зажигает их, пока я плетусь к выключателю у двери и гашу свет.

— Так. — Он возбужденно потирает ладони, улыбаясь шире ребенка рождественским утром.

Мерцающий оранжевый свет свечей разливается по гостиной, отбрасывая на стены резкие пляшущие тени. Капли дождя с силой бьют по окнам, ветер усилился, и природа вокруг дома завывает и свистит.

— Клянусь богом, Киран, хуже дня для этого ты выбрать не мог. — Я морщусь и усаживаюсь у журнального столика перед диваном, напротив него.

Одной этой обстановки достаточно, чтобы волосы у меня на затылке встали дыбом.

— Да ладно тебе, сейчас же сезон всякой жути. Радуйся, что я не стал ждать до Хэллоуина.

Он достает доску Уиджа из упаковки, кладет ее посреди журнального столика, а деревянную планшетку устанавливает прямо в центре. Я смотрю на нее так, словно она ядовитая.

— Ты вообще хоть что-нибудь об этом почитал? — спрашиваю я, нервно оглядываясь. — Нам не нужно сделать что-нибудь, чтобы не пустить сюда, не знаю, злых призраков и демонов? Я как-то видела что-то про круг из соли...