Но и перебиваться с ней временными взаимозачетами я тоже не хотел. Само понятие «без обязательств» вылетело в трубу в ту самую секунду, как я осознал: Оливия — та самая женщина, с которой я хочу провести остаток жизни. Если она, конечно, позволит.

С другой стороны, я понимал: она всё еще пытается по крупицам собрать себя прежнюю — ту, которую, как ей казалось, она потеряла навсегда. И именно это сейчас было важнее всего.

— Давай не будем спешить, — произнес я слова, давшиеся мне с огромным трудом. — Шаг за шагом.

— Уэсли Хейз, — глаза Оливии засияли от восторга. — Ты что, зовешь меня на настоящее свидание?

— Именно так, малышка Ливви, — ухмыльнулся я, поглаживая ее челюсть большим пальцем. — Что скажешь?

Она расплылась в улыбке и шутливо ткнула пальцем в грудь:

— Ты же просто повернут на мне, да?

Я подавил смешок:

— Смотрю, моя скромность оказалась заразной.

Приподнявшись на цыпочки, всё так же сияя от счастья, она поцеловала меня. Поцелуй был коротким, безумно нежным и отозвался во всем теле.

— Но ты ведь и не отрицаешь.

Определенно нет.

Потому что я просто не мог.

Глава 32

Глава 32

Уэсли

ㅤㅤㅤㅤㅤ

МНЕ КАЖЕТСЯ, ТЫ ПРОСТО ИЗВРАЩЕНЕЦ

ㅤㅤㅤㅤㅤ

— Оливия?

— М-м?

— Замолчи.

— А ты заставь.

Я въелся взглядом в ее лицо, и губы сами собой расплылись в ленивой ухмылке.

— Дерзкие ответы не остаются безнаказанными.

Оливия одарила меня таким же взглядом, а ее улыбка стала наигранно-невинной и чертовски опасной:

— Ты что, пугаешь меня хорошим вечером?

Громко расхохотавшись, я подхватил ее и взвалил на плечо, как пещерный человек. Она пискнула от неожиданности, а я, шутливо шлепнув ее по аппетитной попке, опустил на кровать.

Выглядела она просто сногсшибательно.

Раскинулась на моей постели. В моей одежде.

Словно принадлежала мне — и только мне.

Опираясь на локти, Оливия не сводила с меня глаз. Она прикусила нижнюю губу и из-под трепещущих ресниц бросила на меня лукавый, кокетливый взгляд, медленно разводя ноги в стороны.

— Черт, детка, — пробормотал я, опускаясь коленями на матрас. Полоса огня мгновенно прожгла внутренности от вида ее фигуры в моем свитере. Нависнув над ней и стараясь не давить своим весом, я припал губами к обнаженной ключице.

Оливия запрокинула голову с блаженным вздохом, и я принял это за зеленый свет, продолжая осыпать поцелуями ее кожу. Провел языком по тонкой шее, присосался к чувствительному местечку и слегка прикусил.

Ее вздохи сменились рваными, тихими стонами, и она раздвинула ноги еще шире, давая мне полный доступ.

Улыбнувшись прямо в ее шелковистую кожу, я потянул свитер за край и сдернул через голову. Ее соски затвердели, а металическое поблескивание штанг в пирсинге красиво переливалось в мягком свете спальни.

Я сжал её подтянутую грудь в ладони.

— Какая же ты послушная и жадная, — прохрипел я. — Хочешь еще, правда?

— Да, — тихо, но абсолютно уверенно выдохнула она.

— М-м-м, — я осторожно потянул за одну из штанг, а затем слегка сжал ее между большим и указательным пальцами.

Спина Оливии выгнулась, губы приоткрылись:

— Боже, как хорошо...

— Да-а? — шепнул я со знающей ухмылкой, смещаясь назад, чтобы её ноги оказались у меня на коленях, и усаживая её верхом.

Продолжая пощипывать и крутить один сосок, второй я захватил губами, лениво очерчивая языком ареолу и слегка вбирая её в рот.

— Уэсли... — застонала она.

Намотав прядь её волос на кулак, я притянул Оливию ближе, не прекращая ласкать её грудь.

— Обожаю, когда ты стонешь моё имя, — прошептал я прямо в её сосок, а затем провел языком и присосался так ощутимо, что там точно останется след.

Она прижалась ко мне киской, оставив влажное пятно на боксерах.

Я поймал ее взгляд. Мы были настолько близко, что наши губы соприкасались каждый раз, когда из нее вырывался очередной стон от моих прикосновений к соскам.

Теперь, когда я знал вкус ее губ, я понятия не имел, как вообще смогу остановиться. Мне не хотелось ничего, кроме как утонуть в этом поцелуе — целовать ее до тех пор, пока мы оба не задохнемся от нехватки воздуха.

— Если прикоснусь к тебе, малышка Ливви, я почувствую, как ты мокрая?

В ответ вырвался тихий, сдавленный стон.

Я опустил руку между нами и провел двумя пальцами по ее губкам.

— Так и думал. Вся мокрая. — Моя ухмылка лениво коснулась ее губ.

Оливия прижалась к моим пальцам, ища трения.

— А теперь будет вот что. — Я еще раз провел пальцами по влажному входу, а затем перенес её соки на соски. — Я буду ласкать эту идеальную, жадную грудь. — Я быстро поцеловал ее и слегка прикусил нижнюю губу. — Но тебе запрещено кончать, пока я не разрешу. Решать буду только я. Ты меня поняла, красотка?