Пару раз спросив, где находится здание полиции, я наконец добралась до каменного двухэтажного дома с приметной вывеской. Один из полицейских урядников проводил меня в огромную пыльную комнату. Здесь находились несколько полицейских и городские жители, которые видимо пришли в полицейский участок по своим надобностям. Урядник указал мне рабочее место пристава, сидящего в углу за письменным столом, отгороженным от других низкой деревянной балюстрадой. С приставом как раз прощался какой-то мужик, комкая шапку в руках. Потому я уже через минуту я сидела напротив невысокого рыжеволосого господина с пышными усами в темно-зеленой форме.

Реакция пристава на мои обвинения мужа была странной. Выслушав меня и задав пару вопросов, он вдруг заявил:

— Сударыня, не вижу никаких поводов, чтобы полиция занималась столь ничтожным делом. Вы зря пришли.

— Ничтожным? — удивилась я. — Мой муж избил меня. Ударил совершенно бесчеловечно и жестоко! Вот смотрите, какой синяк у меня на лице, и это не повод, чтобы привлечь его к ответственности?

От распирающего меня возмущения я нечаянно перешла на выражения из своего века.

— Успокойтесь, что ж вы так нервничаете? Синяк-то и не виден совсем. А ваш муж — уважаемый человек, профессор академии, все знают о его безупречной репутации. Не мог он так зверствовать, как вы рассказываете.

— Вы что хотите сказать, я сама себе этот синяк поставила? — возмутилась я, чуть оглядываясь.

Меня немного напрягало находиться в большой общей комнате. Здесь были и другие полицейские, занимавшиеся своими делами, и какая-то баба с тюком, и бедный студент, еще некая молоденькая дамочка в шляпке. В общем, проходной двор и шум кругом.

Я снова обратила взор на пристава.

— Почему же я верю вам, сударыня. Но, думаю, ваш муж просто решил поучить вас уму-разуму, да и только, это его первейшая обязанность как главы семьи. И не стоит делать из этого трагедию.

— Вы что, не в себе, господин полицейский? Муж должен меня поучить? Я что, его собака? — возмутилась я. — Вы вообще слышите, что вы такое говорите? А если он меня завтра покалечит или убьет, вы тоже посчитаете, что он был в своем праве?

Глава 13

— И что же вы хотите от меня? — недовольно произнес пристав.

— Я требую, чтобы вы взяли мое заявление и дали ход этому делу, — с нажимом заявила я.

— Какому?

— О побоях. И что мой муж опасен для общества. Может быть даже арестуете его на какое-то время.

— Не могу, — отрицательно закачал пристав головой. — С большим почтением к вам, госпожа Обвинцева, но не могу я дать ход такому делу.

— Почему?

— Да меня начальство на смех поднимет, если на каждую оплеуху или затрещину с синяком буду дело заводить. Да у нас каждый второй мужик свою бабу поучает кулаками, и что же, всех в кутузку? Вы понимаете, что это глупо?

— Значит, мое заявление о побоях не возьмете?

— Нет. Мне очень жаль, сударыня, — он театрально развел руками.

Я долго смотрела на полицейского и понимала, что пришла зря. Этот закостенелый в своем шовинизме пристав точно не собирался помогать мне. Вздохнув, я решила перед уходом спросить у него последнюю вещь.

— Скажите, а как и где мне подавать заявление на развод с мужем?

— Развод, сударыня.

— Именно, я хочу стать свободна от этого недостойного человека, раз вы не хотите приструнить его.

— Не могу я же объяснил вам. А делами о расторжении брака занимается Святейший Синод, туда надо подать прошение. Но никто вас не разведет просто так, сударыня. Для этого нужен очень веский повод. А его у вас нет.

— И какие же?

— Измена родине, уголовное преступление или же без вести пропавший супруг. Насколько я понимаю, ваш муж не был обвинен в этом. Потому Синод вряд ли даст согласие на ваш развод.

Больше говорить с приставом я не стала, он невыносимо раздражал меня своей твердолобостью и снобизмом.

Я быстро встала и, поправив свою шляпку, поспешила выйти из шумного, душного полицейского помещения. Но едва я оказалась в коридоре с крашеными зелёными стенами, как ко мне вдруг подошла та самая девушка, которую я видела чуть раньше, беседующую с полицейским урядником.

— Сударыня, если позволите, я хотела бы поговорить с вами, — вежливо обратилась она ко мне.

— Что вы хотели? — обернулась я.

— Простите, я немного слышала ваш разговор с господином приставом. И он вёл себя неподобающе.

— Совершенно согласна с вами, но…

— Я могу помочь вам, — быстро добавила девушка.

— Вы? И как же?

— Я секретарь и помощник адвоката Ядрышева, моё имя Аглая Белевская. Я, знаете ли, разбираюсь в законах и довольно умело. А ещё я увлекаюсь расследованиями всяких странных дел.

— Это похвально, но как вы можете мне помочь? — недоумевала я.

— Вы тоже сомневаетесь в моей сноровке и знаниях, как и господин пристав? Напрасно, сударыня. Я могу документально доказать в суде измену вашего супруга, и это послужит поводом для развода. Вы же этого хотите?

— Да. Но как вы…

— Поверьте, я смогу. По закону для этого нужны два свидетеля, которые подтвердят измену вашего мужа, а там доказать его вину будет просто.

— Хорошо. Если вы сможете сделать это, уважаемая Аглая, я буду очень благодарна вам.

— Вы действительно согласны довериться мне? Женщине? — девушка явно опешила от моего быстрого согласия.