Я дождалась, пока последний родитель закроет за собой дверь. Затем подошла к двери, повернула защелку замка до упора и мгновенно почувствовала, как мои силы иссякли, словно кто-то выдернул вилку из розетки. Меня трясло мелкой дрожью.

Прошлое вернулось. Оно ворвалось в мою тихую, спокойную жизнь прямо перед началом учебного года, приняв образ моего нового ученика и его матери. Я закрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими слезами. Впереди был учебный год. И, похоже, этот год станет для меня не менее тяжелым испытанием.

Глава 33: Возвращение

Первые две недели сентября пролетели в бесконечной суете. Учебные будни навалились на меня, не оставляя времени даже на то, чтобы просто выдохнуть и упорядочить мысли. Мой пятый «Б» оказался живым, активным, но весьма непростым организмом. Дети, привыкшие к безусловному вниманию в начальной школе, теперь сталкивались с изменениями, и их адаптация проходила со скрипом. Новички, пришедшие из других школ, очень тяжело вливались в устоявшийся "коллектив".

Рутина классного руководителя поглотила меня без остатка. Планерки, отчеты, заполнение электронных журналов, бесконечные согласования с родительским чатом покупки рабочих тетрадей и экскурсий… Помимо своего класса, я вела историю в средних и старших параллелях, и переключение между детским лепетом пятиклассников и подростковым нигилизмом старшеклассников требовало колоссальных внутренних ресурсов.

Проблемы не заставили себя долго ждать. Уже в конце первой недели произошел случай, который заставил меня побегать. Маленький Игорь — тот самый тихий мальчик в очках, чья мама так переживала при первой встрече — бесследно исчез после третьего урока. Он должен был перейти из кабинета английского в кабинет математики на третьем этаже, но до класса так и не дошел.

Я полчаса бегала по огромным коридорам гимназии, заглядывая в каждый угол, пока наконец не обнаружила его на технической лестнице. Игорь сидел на ступеньке, прижав к себе рюкзак, и тихо плакал. Он просто перепутал лестничные пролеты в этом огромном здании, заблудился, испугался шума старшеклассников и спрятался здесь, решив, что его больше никто не найдет.

— Игорь, — я тихо опустилась рядом с ним на ступеньку. — Ну чего ты? Все теряются в первые дни. Даже я сегодня утром перепутала кабинет географии с учительской. Идем, математика уже началась, я сама тебя провожу.

Мальчик всхлипнул, вытер слезы и доверчиво вложил свою маленькую ладошку в мою руку. В этот момент я почувствовала, как тепло разливается по груди. Ради таких моментов я и выбрала эту профессию. Мы поднялись в класс, инцидент был исчерпан, но этот случай напомнил мне, насколько уязвимыми могут быть дети.

В середине сентября было запланировано первое организационное родительское собрание. В школах это всегда важный рубеж: именно на первом собрании в сентябре выбирается родительский комитет, утверждается бюджет класса на год и обсуждаются планы на будущие поездки. Для меня это собрание было двойным экзаменом — я должна была официально представить себя родителям как надежного организатора.

Для этого я тщательно подготовила кабинет: вымыла доску, разложила на партах бланки заявлений и анкет, приготовила ручки. Надела строгий темно-синий костюм, белую блузку и туфли на небольшом каблуке.

Около шести вечера родители начали собираться. Они рассаживались за парты своих детей, негромко переговариваясь. Я стояла у своего стола, вежливо здороваясь с каждым вошедшим.

Ровно в шесть дверь кабинета отворилась, и в класс вошла Виктория. Но в этот раз пришла не одна. Следом за ней в кабинет вошел и Артур. Мое сердце бешенно застучало, я не ожидала его здесь увидеть, привыкшая к тому, что отцы редко проявляют интерес к учебе своих детей. Но видимо Артур был не из таких.

Спустя двенадцать лет мы стояли лицом к лицу. Он изменился. Стал еще более внушительным, массивным, а лицо приобрело резкие, жесткие мужские черты. Но его глаза смотрели на меня с таким же затаенным напряжением, которое я так хорошо помнила.

Шок отразился на его лице лишь на секунду — его выдали плотно сжатые челюсти. Я машинально расправила плечи и натянула свою самую вежливую маску. Между нами не пробежало ни одной искры, которая могла бы выдать нас перед другими. Мы тихо поздоровались. Затем Артур и Виктория сели за третью парту среднего ряда — прямо напротив моего стола.

Я начала собрание, вещая о целях и задачах на учебный год. Мой голос не дрогнул ни разу, но всё это время кожей чувствовала присутствие Артура. Он слушал каждое мое слово, следил за каждым моим жестом, и это внимание повышало градус моего тела. При этом Виктория вела себя натянуто в отличии от первого собрания в августе. Её лицо было напряженным, губы сжаты в тонкую линию. Она практически не смотрела на меня — её внимание было полностью занято поведением мужа. То и дело бросая на Артура недовольные взгляды, она словно пыталась уловить малейшее изменение в его лице, когда он смотрел на меня. Было странно, что Виктория, зная нашу с ним историю, не воспротивилась его пристутствию здесь.