Я припомню ему Сингапур. То, как он по-хамски со мной разговаривал и не извинился. А я, между прочим, всегда несколько раз проверяю состав готовой еды, чтобы предотвратить его анафилактический шок. У этого… этого… Артура аллергия на кучу продуктов. А тут он меня отчитал из-за помидоров, которых в той подливке не было.

А-а, как сейчас помню. Хоть и случился этот конфликт три года назад. Но ничего. Это наш последний с ним рейс. После Нового года и моего долгожданного, выстраданного, вымоленного отпуска я увольняюсь. Ухожу работать в другую авиакомпанию, где не будет Артура Исаева.

— Экипаж триста тридцать второго, — говорит Артур пожилому мужчине, которого вызвала девушка-менеджер. Да, наш капитан устроил целый скандал и потребовал начальства. А мы должны стоять и краснеть за его истерики.

— Все рейсы встали. Ближайшее окно — через сорок восемь часов, — в пятый раз объясняет ему мужчина. Он боится Артура, я вижу, как дрожат его пальцы, но Исаев, кажется, непробиваем.

— Сорок восемь часов? — его голос прозвучал обманчиво ровно, но я знала этот тембр. Так он разговаривает со вторым пилотом перед тем, как написать на него рапорт. — Вы в своем уме? У меня завтра утром приемка нового судна в Шереметьево. Я должен быть в Москве.

Пожилой мужчина лишь виновато разводит руками, протягивая нам запечатанные конверты с новыми ваучерами. — Песок, капитан. Небо закрыто. И… — он замялся, глядя на грубое лицо капитана, — вы и ваша команда остаетесь здесь. Вас уже ждут в отеле…

И тут меня накрыло глухим, злым торжеством. Артур злобно выхватил стопку бумаг у мужчины из рук и резко повернулся ко мне. Его глаза, обычно прозрачно-голубые и пустые, потемнели от бешенства. Он ненавидит терять контроль. Ненавидит песок, ненавидит Дубай, ненавидит эту чертову авиакомпанию, которая посмела остановить его. Самого Артура Исаева.

«Прекрасно. Просто великолепно. Так тебе и надо, Артур».

Он смотрит сквозь меня, как и всегда, но сегодня его взгляд ощущается физически тяжелым.

— Не расстраивайтесь так, капитан, — я позволяю себе легкую, почти незаметную улыбку, застегивая верхнюю пуговицу форменного жакета. — Сорок восемь часов в шикарном отеле. Бассейн, шведский стол. Для простых смертных это называется отпуском.

— Для простых смертных, которые не несут уголовную ответственность за допуск к управлению, — отрезал он. — У вас, Лена, видимо, в жизни настолько пусто, что двое суток в отеле — уже праздник. Можете идти пить мохито у бара. Разрешаю.

Он развернулся и пошел к выходу из терминала, чеканя шаг. Даже его спина выражала презрение, да так сильно, что у меня свело скулы. Артур не обернулся. Для него мы пустое место.

«…пусто…»

Да, он попал в самое яблочко. Дома, в съемной однушке в Пушкино, меня действительно никто не ждет. Только холодная постель, пыль на подоконнике и…

И больше ничего. Моя жизнь последние пять лет была чередой гостиничных номеров, одинаковых завтраков и облаков за иллюминатором.

Но сейчас, стоя под кондиционерами дубайского аэропорта, после его слов я почувствовала эту пустоту физически. Я ощутила это одиночество, это бесконечно текущее расписание полетов и абсолютную никчемность. Пропасть, в которую летит моя жизнь.

ПОРА В ПОЛЕТ, МОЙ КАПИТАН. Глава 2

А знаете что? 😂

Не хотите подписку, тогда и не будет 😘

Книга останется бесплатной до конца и еще три дня после выхода всех историй.

Но вы всегда можете наградить автора лайком, комментарием или дружественной монеткой.

А мы продолжаем…

Трансфер от аэропорта до отеля был сорокаминутной пыткой. Присутствие Артура невыносимо для меня, и я старалась смотреть в окно, что завешано пыльной черной шторкой. А от кондиционированного воздуха мне дико ломило виски.

Я сижу у окна, прижимаюсь лбом к прохладному стеклу и делаю вид, что меня здесь нет. Впереди, через два ряда, Исаев нервно тыкает в телефон, пытаясь дозвониться кому-то.

Но кому он хочет позвонить?

Тридцать первое декабря, послеобеденное время. Все уже давным-давно заняты подготовкой к бессонной ночи. Кто-то строгает салаты, кто-то спит, чтобы не заснуть под бой курантов, кто-то судорожно носится по магазинам, забыв купить какую-нибудь мелочь типа зеленого горошка.

Но Артур не унимается. Он не из тех, кто сдается или отступает. И в конце концов он все же дозванивается. Громко предъявляет кому-то за испорченный Новый год и все в этом духе…

Вот же человек-инструкция.

В салоне тихо и душно. Бортпроводники клюют носами. Вика прислонила голову к плечу второго пилота Славику. А я впервые за пять лет захотела выпить.

Да, пять лет назад, поддавшись какой-то тупой истерии об отказе от алкоголя, я перестала пить. И поначалу мне даже нравилось. Потом я была завалена бесконечной работой, и желание выпить меня так и не посещало. Но сегодня…

Да, сегодня определенно есть повод. И не один. А значит, сегодня я точно напьюсь.