— Сейчас мне нужно в Харсток. — сказала я. — Увидимся завтра.

— В библиотеку опять? — спросил дурачок.

— Ты это тоже запомнил. — подбодрила я, обняла его и сказала. — Будь умницей.

— Лан. — брякнул Янни и неуклюже побежал к Сенши, которая с упреком смотрела на меня.

Я не обременила ее вниманием и вышла из зала.

Осознав, что на моем лице улыбка, я тут же ее стерла. Да, на краткий миг я ощутила себя просто девочкой Митрой, но на этом все. Пока моя миссия не будет достигнута, я не могла позволить себе наслаждаться радостями жизни, как это делал Янни.

Добравшись до Харстока, я вошла через главные двери, поднялась в нужную мне библиотеку и уселась на свое уже привычное место.

Монахи, как обычно, ходили мимо моего стола с презренно-настороженными взглядами. Видимо, у них была такая миссия — проверять меня, точно ли я в библиотеке, в единственно разрешенном мне уголке. Всем служителям Харстока было спокойнее, если они чувствовали, что контролируют меня. А мне было несложно давать им такую иллюзию.

Поэтому я приходила в строго отведенное для нечисти время — после заката, — и уходила не позднее рассвета. Всегда садилась за один и тот же стол и пользовалась только лишь теми книгами, которые монахи мне заранее подготавливали. И все это ради того, чтобы я не вламывалась в их цитадель и не грабила священные архивы, а изучала нужные мне летописи «с разрешения» щедрых служителей.

Что ж, я послушно играла в хорошего кнарка и выполняла все их предписания, кроме одного. Я читала не только те книги, что они мне приносили, но и те, что были строжайше спрятаны от меня под семью замками, а именно в закрытой секции этажом выше.

Все полгода монахи тщательно проверяли замки на массивной двери, ведущей в святыню, и ни разу их замки не были сорваны или повреждены. Служители Харстока со спокойными душами уходили по своим койкам и знать не знали, что как только стихали последние шаги, я тут же вставала из-за стола, шла к балкону и по стене забиралась на этаж выше, в запрещенную библиотеку с таким же балконом, который всегда был открыт.

Что подвело монахов? Недостаток воображения.

— Не забудь оставить список нужных книг на завтра, — напомнил один из монахов и с искусственной храбростью съязвил. — Иначе ничего не получишь и будешь сидеть за пустым столом куковать.

Я оторвалась от книжки и подняла на монаха черные глаза.

— Не расслышала. — произнесла я. — Что ты там сказал? Повтори.

Монах сглотнул, развернулся и, споткнувшись, выбежал из зала, оставив меня в блаженной тишине наедине с двумя факелами и пятью книгами.

— Идиот. — сказала я, встала и подошла к балкону так, чтобы с земли меня было не видно.

Служители Харстока с факелами, словно светлячки, сливались в свои длинные домики с крошечными окнами, свет в которых потихоньку гас. И когда последний факел потух, я вышла на балкон, перелезла через ограждение и, используя выступы и лепнину, взобралась в запретную библиотеку, погруженную во мрак.

Взяла следующие в очереди книги, запомнила где и в каком порядке они стояли, и направилась обратно.

Уже подходя к балкону, я замерла, когда мою спину пронзили тысячи мурашек. Они ледяной волной пронеслись по позвоночнику, заставив его вытянуться словно тетива.

Я повернула голову и глянула за спину во мрак.

Мне не нужен был свет, я хорошо видела в темноте все многочисленные стеллажи с затертыми полками и пыльными древними книгами.

И вдоль бесконечных стеллажей из мрака ко мне тянулись тени. Они мягкими щупальцами обволакивали колонны, свитки, узкие столы… Словно черная волна заливали каменный пол, стремясь все ближе и ближе к моим ногам.

Я перестала дышать. Приросла к полу.

Смотрела в самое сердце мрака и понимала, что даже глаза кнарка не видят, что там скрыто. Я видела лишь черную бездну, которая отнюдь была не пуста. Оттуда что-то звало меня, протягивало ко мне свои руки с ужасающе длинными тонкими пальцами и жаждало подцепить черным когтем за самую душу.

И когда кончик щупальца коснулся края моего сапога, я очнулась и резко отпрянула. Одна книга упала на пол, я быстро схватила ее, спрыгнула на балкон ниже и подняла голову.

Лишь мельком увидела, как языки тени лизнули край выступа и, не достигнув цели, вернулись в свою тьму. Она всосала их обратно, чтобы томиться и ждать следующего раза.

Я услышала, как невольно сглотнула, положила книги на стол, прошлась по залу, зажгла все имеющиеся факелы и только потом села за стол.