Вся радость внутри тут же улетучивается. Терпеть не могу эту историю. Это еще одна нить в веревке несправедливостей, разрушивших мою семью. Я бы охотнее выступил против разъяренного маштауна, чем стал бы пересказывать это, но вдруг другого шанса не представится?

Она заслуживает знать.

Поэтому я говорю Элле, что мастерство матери в дуэлях могло бы вытащить нас с ней из ледяных канав Низов обратно в теплые, богатые поместья Высших. Но после того, как мать заработала достаточно денег, чтобы мы могли официально вызвать на дуэль кого-то из Средних, поднялась жуткая буря, которая взметнула кислотные облака так высоко, что возникла угроза для Холмстеда. Мы с мамой бежали вверх по горе до самых ворот, ведущих к Высшим. Они были заперты, но я оказался достаточно худым, чтобы пролезть между прутьями.

Мама — нет.

Ее и бесчисленное множество других людей из Низов накрыло налетевшим шквалом кислотных облаков. Они кричали и задыхались. Я ничего не мог сделать, только смотреть.

К счастью, через несколько минут мощный порыв ветра унес ядовитый туман, избавив маму и остальных от верной смерти.

Но той же ночью у нее появился кашель.

«Она… — тихо произношу я, — после этого так и не поправилась».

Элла молча слушает.

«Я помню тот день. Дядя и я — мы уплыли на корабле. Он оставил всех слуг».

Я закрываю глаза. Та буря лишила нас шанса вернуть наше будущее. Лишила маму долгой жизни.

Элла яростно сжимает капсулу с осколком трости. «Жаль, что ее нет сейчас с нами».

Я смотрю на сестру, раздумывая, как поступить. Отношения между нами часто складывались непросто. Мы ругались едва ли не чаще, чем я сражался с монстрами. Но сейчас я словно слышу внутри мамин голос, направляющий меня. Подсказывающий, как быть. Несмотря на то что Элла терпеть не может обниматься, я обхожу стол и после легкого колебания прижимаю ее к себе. И что действительно удивительно — когда я обнимаю ее, она не вырывается и не отстраняется.

Она обнимает в ответ.

ГЛАВА 09

Утром я стою перед охраняемой дверью, украшенной эмблемой орла Урвинов. Кабинет дяди. Дрожащие от волнения пальцы сжимают дуэльную трость. Из всех безумных поступков, которые я совершал, это — самый опасный.

Наконец я поднимаю руку и стучу.

«Войдите».

Выдыхаю и переступаю порог безупречно убранного кабинета, оставив охранников в коридоре. В комнате царит идеальный порядок: ряды книг, дорогой письменный стол и выстроенные в линию дуэльные трости — все они принадлежали прошлым Урвинам, которые не забрали оружие с собой, когда пали.

Дверь за спиной закрывается.

Мой прищуренный взгляд падает на бородатого мужчину, стоящего в одиночестве у окна, сцепив руки за спиной. Ульрих от Урвина. Он одет в чистейший белый мундир, серебряные сапоги и перчатки.

Коммуникатор на каминной полке тихо играет нежную инструментальную музыку — прямая трансляция выступления музыкантов из Искусства где-то во флоте. Музыка должна успокаивать, но я весь на взводе.

«Ты хотел меня видеть, дядя?»

Тишина.

За окном в синем небе раскинулась армада боевых крейсеров, «свифтеров» и «воробьев». Внезапно мимо стекла лениво проплывает златоглазый самец горгантауна, его огромный гребень сияет в утреннем солнце. Дыхание твари грохочет так, что пол начинает вибрировать. Наконец, чудовище отдаляется и скользит мимо соседнего крейсера. Этот хищник шестого класса настолько огромен, что мог бы раздавить судно. Но он просто описывает петлю вокруг корабля и скрывается в полосе белых облаков.

Вот какой силой теперь обладает дядя. Церебрауны, украденные из Нижнего мира, дают ему контроль над тварями, веками наводившими ужас на Скайленды.

Тем не менее, несмотря на всю эту мощь, его отражение в стекле выдает недовольство.

Голос дяди разрезает напряжение, словно тупое лезвие. «Что думаешь о «Триумфе», Конрад?»

«С предшественником ему не сравниться».

Он на мгновение задумывается. «Да. Он слабее «Дредноута». Впрочем, придется довольствоваться им, пока не достроят «Орла».

«Когда будет готов твой новый корабль?»

«Мастер Архитекторов прогнозирует три месяца. Но это совершенно новая конструкция, а величие иногда требует времени. «Орел» станет самым мощным кораблем из всех, что когда-либо бороздили небеса. Корпус строится из чешуи мертвого гигатауна, а само судно будет полностью выкрашено в угольно-черный цвет. «Орел» заявит всему миру, что я — Король, и никто не посмеет бросить мне вызов».

Ненавижу этого человека.

«Конрад, я пригласил тебя сюда, чтобы показать кое-что». Он поворачивается, и его седеющие, ухоженные волосы спадают на уши. Дядя направляется к столу и жестом подзывает меня к себе: «Подойди».

Его внушительный стол завален аккуратными стопками бумаг. Дядя выдвигает ящик и бросает передо мной конверт.

«Открой».

«Что там?»

«Это от твоих сородичей. От грязеедов».

Я сжимаю челюсти. «Они не мои сородичи».

На его лице промелькивает тень отвращения. Именно так он часто смотрит на меня с тех пор, как выяснилось, что дед был родом из Нижнего мира.