Маг прищуривается, явно раздраженный. «Понятно». Затем он разворачивается и исчезает с палубы, не сказав ни слова.

Я качаю головой, провожая его взглядом, слегка разочарованный тем, что он пришел и ушел так быстро.

«Он странный», — замечает Китон, после чего понижает голос и смотрит на нас. «Но думаю, он наш союзник».

«Союзник?» — шепчет Брайс. «Против короля?»

«Тоже мне союзник», — презрительно фыркает Паунд. «Чем он может помочь?»

«Я бы не стала его недооценивать, Паунд от Этвуда», — говорит Ес. «Без Мага мать-гигатаун была бы еще жива».

Паунд замолкает.

«Ес, — спрашиваю я, — ситуация с Неуправляемыми действительно настолько плоха, как кажется?»

Она хмурится. «Мы охотимся без перерыва. Мастер Тереза, — Есения с горечью произносит имя убийцы мастера Коко, — оснастила по несколько кораблей Охотников во всех регионах украденными лантийскими технологиями. У многих теперь есть церебрауны. Эти существа, если их поместить в шлем, позволяют управлять тварями. Но Неуправляемых так много, что толку от церебраунов почти никакого».

Я выдыхаю. В небесах, похоже, царит полный хаос. Даже если война с Нижним миром закончится, существа останутся.

«Охотников заставили стать солдатами, — говорит Китон, — но нам так и не удалось успешно сократить популяцию чудовищ. Когда «Рапидус» попытался подчинить пару горгантаунов, нас едва не уничтожили. Монстры не среагировали на церебрауна и атаковали. Мы доложили о результатах Мастеру Терезе, но эта женщина заявила, что мы просто «неправильно все делаем».

Элла с отвращением плюет за борт. Отто повторяет за ней, но слюна попадает ему на подбородок.

Одно лишь упоминание Терезы вызывает тошноту. За те несколько раз, что мне удалось поговорить с дядей за последние пару месяцев, я предупреждал его насчет Терезы — говорил, что ее племянник Себастьян предал Скайленды. Он даже проверил Терезу на наличие шрама от симбионта.

Но шрама не нашли, а ее родословная чиста, так что она остается у власти. И все же дядя — человек нетерпеливый, а судя по рассказам, небесные монстры воле Терезы не подчиняются.

Пока команда продолжает обсуждать растущую проблему диких чудовищ, я оглядываю всех. Мы больше не те неопытные дети, какими были, когда впервые поднялись на этот корабль. Мы ветераны. И по шрамам это видно. Хорошая новость в том, что мы по большей части целы, хоть и теряли товарищей по пути.

Внезапно Китон отводит меня и Брайс в сторону, ее глаза полны тревоги. «Вы что-нибудь узнали о Роде?»

Мы с Брайс переглядываемся.

«Он жив», — говорю я.

Китон едва не оседает на пол от облегчения. «Где?»

«Где-то в Нижнем мире», — отвечает Брайс. «Изготавливает оружие».

«В Нижнем мире?» — переспрашивает Китон. «Я…» Она умолкает, возможно, пытаясь представить, что он там видит, через что проходит и что чувствует. Вдали от нас. Может, взаперти. В холоде. В одиночестве. В страхе.

Я обнимаю Китон. «Мы найдем его».

Китон быстро кивает, но слишком быстро, чтобы поверить, что с ней все в порядке. Мы все скучаем по Родерику. Он — тот болт, который скреплял нас вместе, и сейчас он нуждается в нас. Он — одна из причин, по которой Китон не может долго оставаться на «Триумфе». Если я не смогу убить короля, Роду понадобится кто-то, кто спасет его.

Арика предлагает приготовить праздничный обед. Она принесла коробку с продуктами, ведь готовка — это ее способ показать заботу.

Поэтому мы спускаемся вниз, в столовую, и пока Арика работает на кухне с помощью Паунда, я делаю глубокий вдох, достаю из куртки листок бумаги и кладу его на стол перед Китон.

Это то, чему я долго сопротивлялся, но недавно принял окончательное решение.

«Что это?» — спрашивает Китон.

«Это всегда было твоим предназначением».

В комнате воцаряется тишина. Китон растерянно переводит взгляд с меня на остальных.

«Китон от Джонсона, — говорю я, указывая на пустую строку для подписи на листе бумаги, — настоящим я отказываюсь от командования «Гладианом» и передаю его тебе».

У нее отвисает челюсть. «Что?»

«Ты теперь капитан», — говорю я, отстегивая золотой значок от формы и опуская его на стол.

«Мы уже проголосовали», — кричит Паунд из кухни. «Решение большинства».

«Но… почему?» — спрашивает Китон.

«Если корабль будет принадлежать тебе, а не мне, у «Гладиана» появится шанс снова подняться в воздух. Королю никогда не было дела до этого судна. Оно приковано здесь только потому, что он не хочет моего отъезда. Как только корабль станет твоим, ты сможешь увезти отсюда мою сестру».

Мы с Эллой обмениваемся взглядами.

«А если он нас не выпустит?» — спрашивает Китон.

«Тогда прорывайтесь с боем», — говорю я. «И летите на полной скорости».

«Но если со мной полетит только Элла, — качает головой Китон, — мне не хватит экипажа».

«Я буду с тобой», — отзывается Есения.

«Я тоже», — добавляет Отто.