Кашляющий мужчина встает, хватаясь за горло. Шатается из стороны в сторону, широко раскрыв глаза.

Еще один человек кашляет. И еще один.

Затем падает женщина, опрокидывая стул, и, пытаясь вдохнуть, судорожно бьет ногами.

Многие смотрят на свою еду, затем — на улыбающихся официантов у входа в кухню.

«ОТРАВЛЕНЫ!» — кричит женщина.

В зале поднимается хаос. Люди задыхаются и кашляют. Кто-то сует пальцы в рот, вызывая рвоту. Джерико от Тейи, лживый гранд-адмирал Ордена, падает ничком на стол Мастеров, изо рта идет пена. Его бьющаяся в конвульсиях рука проливает бокал прямо на Терезу, которая вскакивает на ноги.

Теперь Северина хватается за собственное горло, пока двое слуг стоят над ней в панике.

Тереза в ужасе смотрит на нее, как вдруг среди всей этой истерии замечает меня. Указывает пальцем и что-то кричит, но слов не разобрать из-за криков в зале.

Я направляюсь к ней.

Все кричат. Король стоит, приказывая гвардейцам арестовать поваров и официантов, которые к этому моменту забаррикадировались на кухне.

Я продолжаю двигаться к убийце Мастера Коко.

Тереза разворачивается и бежит.

Я отстегиваю трость, перехватываю за нижний конец и бросаю ее. Трость летит через весь зал. Тереза проталкивается мимо двоих падающих мужчин, когда стальной проулон вонзает клыки ей в затылок.

Она падает на пол.

В зале такая паника, что меня замечают лишь единицы, но изо рта у них уже идет пена от яда. Я наступаю на спину Терезы. Она что-то стонет, но я проявляю к ней ровно столько же милосердия, сколько она проявила к Мастеру Коко.

Проламываю ей затылок, выдергиваю трость и поворачиваюсь к дяде. Он всего в сорока футах, на помосте наверху.

Кровь стекает с зубов моего проулона.

Дядя в шоке оглядывает зал. Двое задыхающихся людей закрывают меня от его взора.

Но они падают.

И тогда наши с дядей взгляды встречаются.

Лже-мастер Ученых указывает на меня и кричит: «МЕРТВЫЙ ПРИНЦ!»

И сердце мое наполняется ненавистью.

Я шагаю вперед, через мертвых и умирающих; мой ботинок врезается в стол, опрокидывая его и разбивая об мрамор. Разливается еда и дорогое игристое вино. Люди бросаются прочь, некоторые таща за собой тела. Их бегство расчищает путь к помосту дяди.

Я пробираюсь сквозь толпу под хруст битого стекла под ногами. Я иду один среди испуганных лотчеров. Но на самом деле я не одинок. Со мной незримо идет мой отец. Я несу на себе бремя всей нашей семьи и память о каждом, кого потерял из-за этого «Короля».

Я иду вместе с моими дедушкой и бабушкой. Иду вместе с матерью и бесчисленными невинными лантийцами, которых убил Ульрих. Иду вместе с Отто и всеми людьми из моего флота, которые погибли только для того, чтобы привести меня к этому моменту. Иду вместе со всеми солдатами, отправленными на верную гибель в Нижний мир.

Затем мы останавливаемся — все вместе, лицом к лицу с разъяренным человеком, возвышающимся над нами.

«Меня зовут Конрад от Элизы», — кричу я. «Я сын Оллреда от Урвина и Элизы от Хейла. Последние семь лет я истекал кровью и страдал из-за этого человека, которого вы называете «королем». Он убил моего отца, оставил меня и мою мать умирать в Низах. И сегодня я пришел с вызовом. Этот вызов исходит от каждого человека, обиженного им. Дядя, я бросаю тебе вызов за титул и право на власть. Я вызываю тебя на дуэль до смерти».

Королевские гвардейцы, которые до этого ломились в кухонную дверь, замирают и направляют на меня автомушкеты.

И лицо дяди, бывшее до этого потрясенным от шока, искажается яростью. Его рука поднимается, готовясь отдать приказ стрелять. Голос звучит едва слышным шепотом, различимым лишь благодаря усиливающему звук гему. «Срываешь мой праздник и вредишь гостям, Конрад? Мне следовало бы отрубить тебе руки прямо сейчас и отправить тело в небо».

«Убейте его, король Ульрих!» — визжит женщина, склонившись над телом погибшего близкого человека. «Убейте этого грязееда-ублюдка!»

«Да!» — рычу я. «Стреляйте в меня. Уничтожьте меня, как того грызуна, которым вы всегда меня называли, дядя. Сделайте меня мучеником для всех остальных жителей Скайлендов».

Я смотрю поверх голов окружающих меня лотчеров.

«Вы боитесь меня при жизни», — говорю я. «Представьте, кем я стану после смерти, теперь, когда король больше не сможет подтасовать историю моей гибели. Эта революция не умрет вместе со мной. Низших и Средних больше, чем вас — а вы все лишь лотчеры. Вы больше никогда не сможете спокойно жить. И к кому вы будете обращаться за силой? К вашим лже-Мастерам, которые убивали, чтобы занять свои посты? К вашему слабому королю, который не смог принять вызов?»

Несколько Высших замечают мертвых Мастеров Ордена и Охоты.

Кто-то восклицает: «Королева-консорт мертва!»

Зал ахает.

Я поворачиваюсь. Северина лежит на полу, прижав руки к горлу, глаза у нее по-прежнему широко раскрыты.