Я шагаю на середину палубы, навстречу уже спешит Родерик. «Ты уверен в этом?»

«Все с самого начала должно было закончиться именно так», — отвечаю я.

Элла пристраивается рядом, Брайс выбирается из люка, и вскоре Паунд отстреливает стеклянный купол своего «воробья» и тоже спрыгивает на палубу.

Эти трое последуют со мной на Фрозенвейл. Я беру лучших бойцов, потому что слишком хорошо знаю дядю. Слишком хорошо знаю Урвинов.

Родерик и Китон провожают нас взглядами. Китон щелкает тумблером на панели управления, поднимая грузовую платформу. На ней высится гигантский металлический куб. Тот самый куб, который они с Родериком для нас смастерили.

Сердце бешено колотится. Если задумка провалится, это будет на редкость дурацкий способ расстаться с жизнью.

Родерик с натугой распахивает дверь куба, и мы с Паундом, Эллой и Брайс шагаем внутрь. Стоит нам пристегнуться к сиденьям, как я поднимаю большой палец вверх, и Род с грохотом захлопывает дверь. Он глядит на нас через смотровое окошко и выдавливает натянутую улыбку.

«Убейте его», — говорит нам Китон по комму. «Убейте его и возвращайтесь».

Вскоре куб вздрагивает, и мы ощущаем резкий толчок: Родерик, Китон и Арика при помощи системы блоков устанавливают его на ложе пусковой установки Родерика.

«Держитесь», — предупреждает Родерик по связи. «А теперь самое интересное».

«Подожди, — говорю я, — Родерик, ты уверен, что тортоновая маскировка на корабле не повреждена?»

«Нет».

Я замираю: «Родерик, мы не можем пойти на это, пока не будем знать наверняка!»

«Тебе нужно добраться до Короля», — отрезает Китон. «Это единственный способ».

«Но если маскировка не сработает, вы все погибнете», — говорит Брайс.

На мгновение воцаряется тишина, затем Китон отвечает: «Мы знаем. Удачи. Мы верим в вас».

«Но…»

Внезапно желудок подлетает к самому горлу — нас выстреливает в небо. Мы все истошно кричим. Пока куб вращается в полете, Малыш Ги издает дикий рык, и в маленьком окошке на долю секунды мелькает красная чешуя; затем пасть Малыша Ги широко распахивается, мы проносимся мимо острых зубов, проскальзываем вниз по глотке и погружаемся глубоко в его омерзительное чрево.

В стекло двери с силой ударяет зеленая жижа.

Мне хочется наорать на Китон и Родерика. Но теперь уже ничего не поделаешь. Мы останемся здесь, пока Малыш Ги не вытошнит нас наружу.

«Никогда не думал, что мне придется повторить подобное», — бормочет Паунд.

Но только так мы сможем миновать остатки королевского флота. Только так я доберусь до Фрозенвейла.

И только так мы заставим дядю устроить грандиозное торжество, на котором я смогу бросить ему вызов на глазах у всех.

ГЛАВА 60

Куб сильно трясется, похоже, крейсеры и авианосцы атакуют Малыша Ги. За пределами тусклого света гемов и крошечного окошка — лишь удушающая тьма. Но в мыслях легко рисуется картина происходящего в небе… или того, что должно происходить.

Прямо сейчас Малыш Ги прорывается сквозь западную брешь во флоте короля. Тем временем союзный флот продолжает атаку.

«Не верится, что Китон отправила нас в полет, даже не зная, работает ли технология тортонов», — бормочет Брайс.

Мы молчим. Мысли заняты друзьями и кораблем.

Если все идет по плану, пока Малыш Ги проносит нас сквозь королевский флот, видимый «Гладиан» вместе с силами Кассандры пойдет на штурм западной линии и взорвется.

Только вот на самом деле этого не произойдет. Вся команда, кроме Есении, спустится в трюмы. После атаки линейных крейсеров Родерик активирует механизм. Сброс шлюпок, спасательной капсулы и обломков сопроводят взрывами, чтобы создать иллюзию гибели судна. Прежде чем рассеется дым, Арика, надеемся, активирует маскировку тортонов, и невидимый «Гладиан» выскользнет незамеченным под управлением Есении.

Инсценировка смерти. Отличный повод для дяди устроить пир.

Сидим вчетвером в тишине, прислушиваясь к глухому шуму битвы и бурлению в утробе Малыша Ги. У Паунда дрожит колено. Лицо Брайс свело от нервного напряжения, а Элла крутит орла Урвинов на конце своей трости.

Гигатаун изгибается, и мой желудок подкатывает к горлу.

После ужасающего, приглушенного взрыва снаружи наши комм-гемы загораются, передавая сообщение флоту. «Говорит Маделин де Бомон. «Гладиан» пал. Повторяю, «Гладиан» пал. Принц Конрад мертв».

Мы по-прежнему застыли в напряжении, ожидая известий о том, удалось ли «Гладиану» спастись. Или ему пришлось взорваться по-настоящему. Не могу поверить, что они все-таки пошли на этот риск, не имея гарантий, что технология тортонов сработает.

«ЗАДАЙТЕ ИМ, РУГАТЕЛЬСТВО!» — ревет в эфире голос Родерика.