Дрожь паники охватила ее живот, когда она поняла, что трое всадников впереди были верхом на лосях, но ни в их лицах, ни в осанке не было ничего знакомого. Обвал, который закрыла дорогу за Привалом, перекрыла маршрут, ведущий в Плоскую Пелену и провинцию Лесоповал за ней. Это означало, что людям из восточного региона провинции Лесоповал, желавшим торговать в регионе Орледдер, приходилось делать большой крюк на запад и юг через провинцию Закат, а затем снова на север и восток через Крест Илвивайнд, чтобы вернуться обратно этим же путем — если только эта группа не прибыла прямо из центра страны. Но, если они действительно оттуда, значит, предводитель ездоков на лосях не знает, что дорога, к северу отсюда, через Разрез Точильщика, стала непроходимой. Хотя отчеты с подробным описанием причиненного обвалом ущерба отосланы в прошлом году, вместе со списком погибших и пропавших без вести. Там, само собой, было и имя Аовинг. Любой караван, проходящий через Крест Илвивайнд, получил бы сообщение, так что ни у кого, возвращающегося в провинцию Лесоповал, не было причин проезжать мимо Привала Орледдер. Это не могли быть они. Это не мог быть он.

— Вон там! Ты видишь это? — Кем толкнул ее локтем, закрывая обзор.

Она опустила подзорную трубу. Он указал на юг от фургона.

Она снова поднесла подзорную трубу к глазу и посмотрела на юг вдоль дороги. Три кареты с хорошими рессорами быстро приближались, обгоняя медленно бредущий караван. На каждой сидел кучер, рядом с ним находился вооруженный страж. Заднюю карету, к крыше и бокам которой были прикреплены ящики и коробки, тянули четыре изящных бронзовых зубра. Эти существа, созданные теургистами, были наделены магией, которая позволяла им бежать целый день. На крыше средней кареты также находился багаж, крепко привязанный ремнями. Ее тянула четверка золотистых лошадей, чьи тела блестели на солнце, словно их отполировали этим утром. На крыше передней не было багажа, карета несла только один сундук, стоявший на задней подножке между двумя слугами, державшимися за поручни. Как и на других каретах, на ее синем кузове был изображен стилизованный «глаз» Имперского Ордена Стражей. Эту карету тянули четыре обсидиановые пантеры, размером с лошадей, которые неслись на огромной скорости и жутко синхронно.

Элен уставилась на это зрелище, застыв от полнейшего изумления.

— Я могу посмотреть? Пожалуйста? — Кем нетерпеливо толкнул ее, и она оторвала взгляд от дороги.

Потеряв дар речи при виде пантер, она протянула ему подзорную трубу.

Со смотровой площадки было легко заметить, как кареты догнали медленно двигающийся караван. Фургоны каравана начали крениться в сторону, спеша освободить место для группы, мчащейся сзади. Кем глядел через трубу, напрягая плечи, пытаясь видеть более ясно.

— Что это за… большие кошки? — спросил он, труба все еще была прижата к его правому глазу.

— Имперские пантеры. Мне кажется.

Он опустил трубу и хмуро посмотрел на нее.

— Йоф говорит, что только император и принцы, рожденные при Дворе Цветов, имеют право путешествовать в экипажах, запряженных имперскими пантерами.

— Я слышала об этом. Я думала, это просто сказка. Но это значит… — Она замолчала, затем встряхнулась. — Эй, отдай трубу. Нам лучше спуститься в Резиденцию.

Они начали спускаться с хребта по извилистой тропинке, Элен шла быстрым шагом.

— Что это значит? — спросил Кем.

— Это значит, что Привал Орледдер посетит принц-страж. Интендант никогда ничего не говорил мне или другим помощникам о таком важном государственном визите. Это может означать, что он не знает об их приезде. Нам лучше поторопиться.

Они молча спустились с кряжа. Какое-то время вид закрывал изгиб холма, а затем они вышли на плоскую равнину. Они поспешили через лес, пересекли ручьи, обогнули несколько окраинных садов, где более бедные люди выращивали урожай на землях, не облагаемых налогом интенданта. Кем потер живот.

— С тобой все в порядке? — спросила Элен, гадая, не мог ли чай, в который она вчера вечером подмешала снотворное, расстроить его желудок, но она не могла сказать этого прямо.

— Ранние колики, — сказал он. — Как у мамы было за день до кровотечения. Я не знаю, почему я не мог бы больше походить на тебя, чем на маму — никогда не иметь колики.

— И я не знаю, почему у меня нет длинных, густых, блестящих, красивых волос, как у тебя и твоей мамы, а не этого крысиного гнезда из кудряшек. Выбирай свой яд, мой мальчик.

Впереди, на тропинке, среди деревьев мелькнуло что-то яркое. Мгновение спустя в поле зрения появился Йоф. Увидев их, он остановился и, опершись руками о колени, наклонился, чтобы перевести дыхание. Когда они поравнялись с ним, он выпрямился, все еще раскрасневшийся.

— Ух ты! Я думал, вы спуститесь вчера вечером. У меня есть для вас новости!

— Какие? — спросил Кем, напуская на себя небрежный вид. — Визит принца-стража?

— Вы все видели со смотровой площадки! Нечестно! Я хотел вас удивить!

Йоф был высоким парнем, коренастым, сильным, легко возбудимым и в основном добродушным, за исключением склонности к сплетням. Научился у своей тети, которая его вырастила. Он также научился обольщать, потому что его тетю можно было убедить подкинуть двум мальчикам побольше сладких булочек или вареников с яблоком, если они достаточно ей польстят.

— Тетя, а можно, Кем пойдет со мной? Если мы побежим, то сможем забраться наверх и наблюдать за прибытием принца через решетку чердачных архивов. Там нас никто не увидит. Я никогда не видел принца!

— Кто-нибудь на этом Привале когда-нибудь видел принца? — спросила Элен.