— Тогда вы будете голодать, страж. Как и ваши товарищи.

В этот момент дверь открылась, как будто это было частью спектакля, рассчитанного на наилучший эффект. Солдаты ввели трех других стражей. Элен напряглась от сжавшего живот ужаса, и она прижала руку к груди. Если Телан догадается, что Кем ребенок Ао, их положение станет еще более катастрофическим, чем оно уже было.

Ипис шла впереди с широко раскрытыми глазами и твердой походкой. За Ипис шел Джирви, его волосы перехватывал платок цвета индиго, завязанный такими невероятно замысловатыми узлами, что все взгляды были прикованы к нему и его уверенной походке. Даже Телан бросил лишь самый беглый взгляд на Кема, который шел, слегка ссутулившись, а его волосы были полностью скрыты выцветшим желто-зеленым платком, завязанным всего в трех местах. Возможно, его прическа досталась ему от матери, но в чертах лица было больше от провинции Лесоповал и от крови Дуэннов, так что он был больше похож на Симо, Ксилси, Ипис и даже Гевулина, чем на Элен или Джирви, родившихся на юге, если уж на то пошло.

— Разве мужчины в империи носят женские шарфы? — насмешливо спросил один из офицеров на северном наречии.

— Почему эти двое мужчин носят женские шарфы? — спросил Телан на имперском.

Джирви и Ксилси обменялись взглядами, в которых мгновенно промелькнула тысяча слов. Настолько хорошо они знали друг друга.

Джирви бросил на лорда уничтожающий взгляд, как будто тот вызвал его на поединок из лука.

— Среди народа, из которого я родом, только человеку, убившему другого человека в честном бою, позволено носить платок воина. Так что я не уверен, что кто-то из вас подойдет.

В зале поднялся шум. Очевидно, некоторые офицеры изучали имперский язык вместе со своим лордом. Один чрезмерно рьяный офицер бросился на Джирви, но тот уклонился с грацией легконогого бойца.

— Прекратите! — Телан не поднялся со стула, но его характер стал еще острее, его железный самоконтроль ослабел. — Отправьте их в яму вместе с их принцем.

Элен покачала головой, глядя на Ксилси. Не сопротивляйся. Она на мгновение перехватила взгляд Кема, чтобы никого не насторожить, и слегка наклонила подбородок и стрельнула глазами в сторону Ксилси, давая ему понять, что он должен последовать примеру Ксилси. Как страж, он в любом случае должен был это сделать. Для Кема пришло время понять, что с этого момента их пути должны разойтись.

Когда стражи были выведены, она шевельнулась, собираясь пойти с ними, планируя прикрывать тыл, чтобы иметь возможность изучить их маршрут на предмет возможных вариантов дерзкого побега.

Телан рявкнул:

— Нет! Только не ты!

Солдаты закрыли дверь за остальными, заперев ее внутри.

Ей пришлось стоять за креслом Телана, пока он и его офицеры вкушали угощение из только что забитой жареной птицы, копченой баранины, говядины в меду, маринованных овощей, ячменной каши с черной смородиной, хлеба, только что вынутого из духовки, — все это было таким аппетитным, что она вспомнила те дни, когда они с Ао стояли в загоне искупителей и наслаждались запахами еды, которую им никогда не доведется попробовать.

За едой мужчины обсуждали кампанию. Элен сохраняла бесстрастное выражение лица, делая вид, что не понимает потока слов. Поначалу некоторые фразы казались ей странными, потому что она так давно не слышала речи Четырех Земель, или не имели смысла, потому что это был говор жителей северной земли, но довольно скоро она уловила ритм.

Сражения с Морскими Волками в северной земле. Окончательная капитуляция восточной земли. Сводный брат Телана, бежавший в западную землю, безвременно умер или был отравлен; никто не был в этом уверен, даже сам Телан, по крайней мере, так он утверждал. Осторожное наступление, шаг за шагом, на упрямый юг. Последний рывок, закончившийся сражением с полком капитана Динека. Послание духа воздуха от имперского теургиста вызвало бурные обсуждения среди офицеров, которые хотели знать, как Четыре Земли могут заполучить себе теургистов. Пока, как дал им понять Телан, империя не желала расставаться с секретом теургии. Он рассказал им о дамбе и ее возможной связи через Белое Море с давно потерянной империей, но офицеры отнеслись к этому скептически. Некоторые утверждали, что иностранцы насмехались над ним, рассказывая эту невероятную историю, на что Телан спокойно ответил, что они скоро узнают правду, как только усмирят территорию вокруг Южного Кольца и смогут отправиться по священной дороге к Белому Морю.