— Продолжаем полёт, всем вернуться на свои места, — хмыкнул я, вновь взявшись за голографический штурвал.

Систему не зря наводнили ищейками: туманность мешала им нормально ориентироваться. В критические моменты я залетал в какое-нибудь облако, и они сразу забывали об астероиде странной формы, возвращаясь к патрулированию. К сожалению, в нём не было системы, которую можно вычислить. Они просто хаотично метались в разные стороны, и мы реагировали на всё новые опасности.

Минута тянулась за минутой, думаю, для многих они ощущались часами и даже днями, напряжение на мостике всё сгущалось, грозя взорваться в любой момент. Примерно через полчаса мне удалось разминуться с крупной патрульной стаей, и мы приблизились к краю системы, выходя из-под действия звезды. Большая часть ищеек осталась позади, одинокие особи были уже не такими страшными.

— Вот видите, не зря меня назначили капитаном, — подмигнул сползающим с кресел федератам и вытер выступивший на лбу пот. Всё же пробираться через кучу ищеек — не самая простая задача, требующая максимальной сосредоточенности. — Не расслабляемся до гиперпрыжка, всем оставаться начеку. Следите за показаниями датчиков, мало ли тут ещё и невидимки летают.

Мои слова вновь заставили федератов напрячься и испугаться. Все приникли к экранам, каждую минуту слышались панические возгласы. Теперь в любом подозрительном сгустке пыли они видели скрывающуюся за ним тварь. Когда «Локи» наконец завершил сканирование и ушёл в безопасное гиперпространство, вздохи облегчения прокатились по всему кораблю.

— Все, кроме дежурной смены, могут отправляться на отдых. — Я встал с кресла и потянулся, с наслаждением похрустывая позвонками. — Я буду у себя в каюте, принесите мне туда двойной комплексный обед.

— Да, капитан. — Старпом поклонился мне гораздо ниже положенного, многие приложили кулаки к груди. Одни проштрафившиеся пилоты отвернулись и делали вид, что они тоже бы так смогли, но я не дал им шанса проявить себя.

Мне не понравилось поведение экипажа во время кризиса, не таким уж серьёзным он был. А если жуки прорвутся через ПКО и пойдут на абордаж, то что тогда? Они залезут на серебряное блюдо, вставят себе в рот яблоко и примутся ждать гостей? Нужно устроить чистку, пока они не допустили по-настоящему серьёзного просчёта.

Моё официальное назначение капитаном «Локи» давало мне практически неограниченные полномочия на борту корабля. Я мог арестовать любого члена экипажа или пассажира, закрыть его в тюремном блоке и не вспоминать до возвращения в порт приписки, где его передадут в суд.

Причина могла быть любой, вплоть до «слишком медленно улыбнулся», но мне не хотелось превращаться в тирана. Обычные люди не любят самодуров, поползут ненужные мне слухи, управляемость снизится, и возникнет вероятность бунта. Оно мне надо? Точно нет.

Мне гораздо больше нравился вариант, где злодеями станут сами арестованные. Этого несложно добиться без всяких подлогов, благо все инструменты имелись под рукой. Пока я обедал классической гречкой с гуляшом, запивая всё томатным соком с красным перцем, корабельный ИИ бросил все ресурсы на выполнение моего задания.

Он анализировал видео с камеры наблюдения, оценивая эффективность действий экипажа во время кризиса. Официальные данные от бездушной машины и видеозаписи полностью развяжут мне руки.

К примеру, хнычущего свина она оценила в десять процентов, его коллегу — аж в тринадцать. Я немедленно передал Вольту приказ отстранить их от занимаемых должностей, заблокировать доступ на мостик и в другие важные отсеки. Примерно через пять минут в дверь моей каюты ожесточённо забарабанили, с той стороны послышались расстроенные крики.

— Господин капитан, вы должны немедленно нас выслушать! — Громкий визг противно ударил по ушам даже через преграду. — Немедленно, умоляю вас! В смысле требую! Иначе подам в суд!

Неторопливо убрал посуду и открыл дверь, приготовившись к драке. Мой агент Дональд обожал набрасываться со слюнявыми объятиями, конкретно этот свин мог попытаться выкинуть что-то похожее. Тогда я добавлю к его списку обвинений нападение на капитана.

Проштрафившемуся пилоту явно не хотелось лишаться хлебной должности или отправляться на каторгу. Он, наоборот, отпрянул и слегка побледнел, пытаясь вытолкнуть ко мне товарища. Никто из них не хотел говорить первым, мне тоже нечего было им сказать. Мы молча обменивались хмурыми взглядами, пока я не потянулся к кнопке закрытия. И вот тогда плотина наконец прорвалась.

— Послушайте, произошло недоразумение! Мы настоящие профессионалы, у нас на счету куча вылетов! Только благодаря нам корабль до сих пор не сожрали жуки! Верните нам работу! — выпалил он на одном дыхании. Я мысленно расставил за него все знаки препинания, не то слова бы слились в поток сознания без единой паузы. — Мы немного растерялись в чрезвычайной ситуации, обычно мы профессионалы, клянусь вам! Просто настроение было плохое!