Наконец адмирал соизволил покинуть туалет, и поначалу я его не узнал. Изначально мятый мундир выглядел чистым и идеально выглаженным, исчезли следы тяжёлого похмелья и расслабленные движения. Лишь взгляд остался прежним, всё такой же мрачный и цепкий.

— Идём, Цезарь, пора на службу, — бросил он резким тоном и направился к лифту уставным шагом. Я показал большие пальцы довольно хихикающей зверолюдке и поспешил за адмиралом, пока он не уехал без меня.

Вместо выхода из башни мы поднялись на крышу, где нас ожидал флаер. Я успел мельком взглянуть на освещённый ночными огнями футуристический город и при желании мог определить, на какой планете мы находимся, вот и вся секретность. Смысл её держать? Всё равно же всё увидим при взлёте.

Знакомство с экипажем прошло бестолково. Узнав о появлении адмирала на борту, старший помощник заставил всех выстроиться в две идеально ровные линии согласно росту и званиям. Летели мы к ним недолго, но они успели переодеться в парадную форму и собраться в полном составе перед опущенным грузовым трапом. То есть по тревоге подняли отдыхающую смену, что должно было испортить их впечатление обо мне, но носорогу понравилось.

— Молодцы, красавцы! — оскалился адмирал, прохаживаясь между браво молчащими федератами. — Значит так: это ваш капитан, Легионер Цезарь! Он настоящая знаменитость, и за него ручались генералы, которых я уважаю. Слушайтесь его, как меня! И даже сильнее! Он не такой добрый, гауптвахтой не ограничится. Всем всё понятно? Выполнять!

— Так точно, господин адмирал! — синхронно выкрикнули флотские. Похоже, носорог давно тут заправлял и успел вымуштровать экипаж. Надеюсь, это относилось только к строевой подготовке, а не к непосредственной работе. Любимое вояками выпрямление извилин плохо сказывается на боевых способностях.

Вытерев слезу умиления, носорог приложил кулак к груди и удалился, оставив меня наедине с экипажем, практически полностью состоявшим из зверолюдов. Преобладали разные кошачьи, ну и свины встречались, куда уж без них. Я велел удалиться всем, кроме офицеров, а им сказал проследовать за мной в кают-компанию.

— Злой вояка уже ушёл?! — громко спросила появившаяся из-за ящика Рокси. Появление лольки в обычном комбинезоне вызвало улыбки у некоторых федератов.

— Ага, где вы устроились? — Я выставил локоть, за который с большим удовольствием взялась любимая жена.

— Лично я бросила вещи в твоей каюте, в смысле капитанской. Представляешь, там две огромные комнаты! — Она громко поцокала языком из-за подобной расточительности в условиях ограниченного пространства. — Остальных разместили в свободных офицерских каютах.

— Откуда взялись свободные каюты? У вас разве не полный экипаж? О таких вещах нужно сообщать заранее, или я сочту их диверсией. — Я повернулся к следующему за мной старшему помощнику, белому барсу. Он смутился и опустил взгляд. — Я жду ответа.

— Некоторые из нас с радостью уступили свои места знаменитым Легионерам! — выпалил он на одном дыхании. — Не беспокойтесь, господин Цезарь, вы нас совершенно не стесняете! Я уже не раз переезжал в стандартную каюту, пока у нас размещались другие Легионеры!

На самом деле всё могло быть совсем иначе, и, возможно, мы сейчас заронили семена будущего конфликта. Летать с чужим сработавшимся экипажем — всегда испытание, они или примут нас, или мы столкнёмся с саботажем в самый неподходящий момент.

Исправлять что-либо уже было поздно, привыкшие к подобному федераты примут хорошее отношение и переигровку за слабость, поэтому я просто сделал себе мысленную пометку и приступил к расспросам старпома.

Это был далеко не первый их рейс на Потар. Примерно десять полётов назад прежнего капитана и всех старших офицеров арестовали то ли за контрабанду, то ли за шпионаж в пользу Белого Роя, белый барс по имени Вольт не вникал в подробности. По его мнению, так было безопаснее.

Его повысили до старшего помощника и с тех пор присылали капитанов-Легионеров с собственными офицерами. Таким образом федераты боролись с преступлениями, и ведь не самая плохая идея. Мы точно не сможем работать на жуков, система сразу отследит предателя и отключит его от системы… надеюсь.

Озвученный адмиралом процент неудач был настоящим, но с нюансами. Похожие корабли в среднем возвращались в половине случаев, каждая пятая вылазка заканчивалась исчезновением. По мнению Вольта, всё портили сканеры и некомпетентность некоторых временных капитанов. Лично их корабль с буквенно-номерным обозначением совершил больше десяти успешных вылазок, правда, в них он записал и отступления.

— Нет, так не пойдёт, нам нужно название. Хотя бы на время миссии. У кого-то есть идеи, пожелания? — Рокси и Вольт одновременно замотали головами, предоставив мне честь придумать кораблю новое имя. — Ладно, раз он у нас незаметный и немного опасный, будет «Локи».

Лолька немедленно поинтересовалась, кто или что это такое, и я рассказал про бога хитрости и обмана. По-моему, идеальное имя для диверсионного судна. Нашей основной защитой являлась незаметность, однако мы и цапнуть могли. Многочисленные турели ПКО создавали неплохую защиту в условном ближнем бою.