Вот ведь черти! Знают — не положено, но жизнь свою готовы были продать подороже! А то и вовсе — уложить княжеских дружинников, прикопать и сказать, что так и было. Скрипнула дверь, из кунга выбрался Кулага и подошел ко мне, разминая на ходу кулаки, из кабины вылез Лангбольцен.

— Это Гера Шатило, из ссыльных, — пояснил я Клаусу. — Может, помнишь его? Мы с ним в одном вагоне ехали, и на ледоколе тоже ты его видеть мог. А теперь он к Резановым в дружину подался. На разговор с князьями меня зовет!

— Да помню я его, — буркнул в бороду гном. — Ишь, вырядился.

— Пойдешь? Если князь Алеутский приглашает — тут отказывать не принято, — прищурился Кулага. — Конечно, если зовут вежливо.

Я пожал плечами:

— Гера поклялся, что все будет нормально, и что меня в «Прибой» вечером привезут, так что, думаю, это можно считать вежливостью. Меня больше беспокоит ситуация с Вандербергом и его подельниками... Где Дитрих? Какие вообще у вас планы?

— Думаю, уже в Ситке, а Вандерберга, Розенберга и Трахтенберга уже вяжут ярыжки, — поведал Кулага. — Мы сделали то, что должны были — за нами следили в Эльфин Коу, но после драки слегка отстали. Дитрих сделал вид, что сел в «Проходимец», а потом мы его вынесли в ящике обратно в отделение полиции — тупая, но рабочая тема. Они думали — он все это время в кунге...

— Они... — Я даже не злился, что меня не посвятили в эти тонкости.

Сам ведь не спрашивал. Ну, захотелось им гнома в ящике потаскать — и ладно. Пофиг! Великие конспираторы, блин. Я вообще не понимал, к чему все эти сложности, но опять же, наверное, Бурозубкин, сыскари, Кулага, Дитрих, Лангбольцен — все эти взрослые мужчины — разбирались в таких вопросах лучше, чем вальщик леса Темнорецкий.

— Ты с Сыскным приказом изначально работал? — задал я самый логичный вопрос, который назрел у меня уже очень давно.

— Есть там один дядька — Рикович его фамилия... Меня ему Миха... то есть Михаил Федорович, помочь попросил. Я не мог отказать: Михе я многим обязан. А Рикович этот, Иван Иванович, нормальный, очень правильный мужчина. Так что да, можно сказать — сразу работал с ним, хоть я и не ярыжка, и зарплату за это не получаю. Так — сознательный гражданин, который впрягся по личной просьбе государева внука, — не стал отрицать Кулага. И тут же глянул мне за спину: — О, да я вижу тут у меня коллега по специализации нарисовался...

Гера подошел и пожал нам руки: здоровенный, красивый в этом своем синем мундире. Они с Русом очевидно заценили друг друга, некоторое время мерялись рукопожатиями. Еще бы — одного поля ягоды, боевики-пустоцветы!

— Шатило.

— Кулага, — представились друг другу они.

— Вы не нервничайте, мы Стаха вернем! Его в Новоархангельск приглашают, дело отлагательств не терпит, а там — как договорятся, — пояснил Гера. — Надолго его сегодня не задержат, а потом, может, он и сам решит почаще заезжать.

— Ты хоть намекни, в чем дело? — попытался приподнять завесу тайны я. — С чего это я Резановым понадобился?

— Княжне нужно! — развел руками Шатило.

— Княжне-е-е? Не князю? — удивился я. И тут же уточнил: — Она хоть симпатичная?

— О-о-о-о-о да! — кивнул Гера. — Но ты смотри мне! Но-но-но!

— Ла-а-адно! — отмахнулся я. — Не выставляй меня таким уж кобелем. И вообще — я твою княжну в глаза не видел, а твоему вкусу не очень доверяю.

Понятия не имею, что там за княжна, за каким хреном ей понадобился Стах Темнорецкий, и что мне предстоит делать в Новоархангельске. Но одно точно известно: вот так, как есть, я туда точно не поеду, нужно забрать вещи — мало ли как дело обернется. А еще я не собирался уезжать, не разрулив этот вопрос со старшиной артели. Я все-таки был артельным магом, и, несмотря на мои терки с мужиками, мы здорово сдружились. Ну и что, что поцапались? Фигня все это, мелочи.

— Клаус... — начал я.

— Давай уже, дуй, — буркнул он. — Мы заселимся где-нибудь недалеко от «Прибоя», благо — на покупке конфиската средства сэкономили! Подождем, чем дело со старым Вандербергом кончится, и начнем готовить второй поход на Тулкэллох. Снаряга, оборудование, средство от Хтони какое-нибудь... Ты же с нами?

Это его «ты же с нами?» для меня многое значило. Он тоже плевал на мелкие терки, все у нас было в порядке!

— У меня там братец медвежонок остался! Как я его брошу? Еще и Кулаге кое-что обещал. Конечно — с вами! — хлопнул его по плечу я. — Давай, старшина, увидимся.

— Ауф видерзеен! — ткнул меня кулаком в пузо он.

— Я заберу вещи, — уведомил я Шатилу и двинул к прицепу.

— Конечно! Надеюсь, там не тонна?

— Рюкзак, нож, топор, и еще две единицы багажа, — отчитался я. — Остальное поедет в Ситку с артелью, там общее имущество.

Снага из прицепа подали мне вещи, шланг под неодобрительным взглядом Геры обмотался вокруг моего багажа, а когда я уже подходил к шатиловой «Урсе», из небесных высей мне на плечо опустился ворон.

— Ого! Растешь, Стах! — уважительно протянул Гера. — Какой у тебя солидный фамильяр!

— Это мой сотрудник, — важно кивнул я. — Господин Тунгур, широко известный в узких кругах ограниченных лиц!

Говорил же: ворон кому угодно статуса добавит!