Я убираю цветы и халат с другой стороны кровати, бросая их на ближайший диван. Затем я беру маленькое полотенце из ванной и смачиваю его прохладной водой. Вернувшись к кровати, я сажусь у изножья, кладу ее ногу себе на колени и медленно провожу влажной тканью по ее измученным ступням. Снова и снова, стараясь не нажимать слишком сильно, чтобы не разбудить ее.

Она спит во время всего процесса.

Когда я убеждаюсь, что ее ногам настолько комфортно, насколько я могу сделать, я кладу их обратно на кровать, затем отступаю и изучаю ее ярко-красное платье. Этот цвет потрясающе смотрится на ее коже, но ей не может быть удобно в нем – оно тесное и сковывает движения и, вероятно, пережимает кровообращение.

Стоит ли мне...?

Внутренний спор короток, но яростен. С одной стороны, ей будет удобнее. С другой – снять его потребует такого уровня самоконтроля, которым я, возможно, сейчас не обладаю. Я не мазохист, черт возьми.

И все же, когда я снимаю галстук и пиджак, мой взгляд продолжает возвращаться к ней, зная, что ей, вероятно, некомфортно. – Черт возьми. – Слова срываются раздраженным бормотанием, когда я подхожу к кровати. Я не могу оставить ее в таком виде, не когда она без сознания.

Я наклоняюсь над ней, разум лихорадочно ищет способ снять с нее платье, не пересекая черту – когда внезапно ее глаза распахиваются и чуть не останавливают мое, блядь, сердце.

Но она только моргает своими серыми глазами, сонная и безразличная. – Ты такой красивый без рубашки, – бормочет она, прежде чем перевернуться на живот и снова отключиться.

Я смотрю на нее несколько ударов сердца, мой пульс колотится в горле, но она точно снова без сознания. Черт. Пользуясь возможностью, я наклоняюсь и медленно расстегиваю молнию на ее спине. Вот так. Это должно принести ей некоторое облегчение.

После короткого колебания я тянусь к застежке ее бюстгальтера и тоже расстегиваю его. Мой член шевелится, несмотря на все мои попытки сохранить клинический подход.

Я немедленно отворачиваюсь, сжимая свою эрекцию через брюки, сжимая от основания до головки, борясь со сладким желанием пойти в ванную и решить эту проблему. Одно дело – дрочить в уединении собственной ванной дома, но совсем другое – делать это, когда она прямо здесь, уязвимая и…

Холодный душ. Сейчас.

Я снимаю остальную одежду и заставляю себя встать под самый холодный душ, который могу выдержать, ледяная вода творит чудеса, возвращая мою кровь туда, где ей место, – в мозг вместо члена. По крайней мере, на некоторое время.

Потому что, как только я возвращаюсь в спальню, все рушится.

Она голая. Полностью.

Совершенно. Блядь. Голая.

Мое дыхание перехватывает, мой член снова становится каменным, когда мой взгляд переходит на ее задницу в форме сердечка и скользит по ее стройным бедрам. Какого черта. Мои глаза мечутся к полу, где ее платье и белье лежат рядом с кроватью. Она, должно быть, снова проснулась, пока я мучил себя под холодной водой.

Черт возьми.

Я стою там застывший несколько секунд, горло пересохло, вены гудят от жара, пока мой мозг полностью опустошается от чистых мыслей. Мои кулаки сжимаются непроизвольно, когда я представляю, как сжимаю эти бедра, притягивая ее к себе, зарываясь так глубоко в нее, что…

Мои глаза зажмуриваются, но образ врезан в мою сетчатку.

Иисусе Христе.

Сердце колотится, я заставляю себя натянуть одеяло до ее шеи, стараясь не разбудить ее, скрывая искушение от своего взгляда. Затем я направляюсь в гостиную, планируя провести ночь на диване, где я не вижу ее, не чувствую ее запаха, не могу поддаться искушению, и наконец могу убедить себя думать о чем угодно, кроме обнаженного тела моей невесты.

Но когда я выхожу, дверь люкса распахивается, и внутрь вваливается хихикающая Элира с Максимо следом. Они замирают при виде меня в одном полотенце, низко повязанном на бедрах.

Максимо драматично становится перед своей беременной женой, загораживая ей вид на меня. – Какого черта ты здесь делаешь, ублюдок? – рычит он.

– Расслабься. Просто взял воды, – гладко лгу я, направляясь к холодильнику. – А вы что здесь делаете? Думал, вы даете нам уединиться?

– Это моя вина. – Элира выглядывает из-за плеча Максимо с виноватой улыбкой. – Я хотела увидеть световое шоу. Потом мы пошли гулять, потеряли счет времени, а когда вернулись, все номера здесь и в соседних отелях были забронированы.

– Поэтому мы вернулись сюда. Не волнуйся, комната Элиры в другом конце. – Он указывает с подмигиванием. – Мы ничего не услышим.

Я беру бутылку воды, мысли лихорадочно кружатся от тяжелого осознания, что я заперт в спальне с голой Лени сегодня ночью. Никакого побега на диван в гостиной. Никакого пространства между мной и искушением.

Черт.