После этого энергия меняется, усталость наконец настигает и нас. Джианна сворачивается калачиком под одеялом, вставляя наушники, поджимая ноги под себя, пока ее глаза закрываются. Эмилия растягивается на пяти сиденьях, ее халат сползает с одного плеча, легкая улыбка застыла на губах.

Я думаю пригласить их присоединиться ко мне в номере для невесты и поспать на кровати, но они выглядят слишком довольными там, где они есть, и я не могу заставить себя потревожить их. Для женщин, замужем за такими безжалостными, опасными мужчинами, они невероятно милы, хотя я вижу, что они и сами маленькие воительницы. Сегодня вечером я увидела больше их настоящих сущностей – и их браков.

Мое сердце никогда не было таким полным, и я не думаю, что когда-либо получала столько удовольствия в жизни. И, возможно, это алкоголь, но мысль о том, что я не встретила бы этих удивительных женщин, если бы не Ромеро, заставляет мою грудь болеть. Я сворачиваюсь на своем ряду сидений и достаю телефон, чтобы написать ему.

Я люблю девчонок, могу я выйти за них вместо тебя?

Я зеваю, блокируя телефон, и думаю о том, чем он занят сейчас и когда увидит мое сообщение. Он сказал, что ему нужно многое завершить на работе до нашей свадьбы и медового месяца. Тепло разливается по мне, тяжелее любого опьянения, и мои веки слишком тяжелы, чтобы бороться со сном.

Где-то глубоко внутри что-то фундаментально изменилось. Мир меняется, и я прямо в центре этого – нет, это не мир. Это мой мир меняется. И в ужасный момент я задаюсь вопросом, как я буду справляться в конце года, когда мои отношения с Ромеро закончатся. Как можно вернуться к одиночеству после того, как испытал такую связь?

Переживу ли я это?

Легкий толчок вырывает меня из сна. Я просыпаюсь, щурясь от бледного утреннего света, льющегося в окна.

На сбитую с толку секунду я забываю, где я и почему ношу шелк. Мой халат сполз с одного плеча, а одеяло, которого я не помню, лежит на полу.

Где я? Что…

– Дамы, – раздается голос по интеркому. – Мы скоро приземлимся в Лас-Вегасе. Местное время – 12:05.

Вегас.

Я сажусь прямо, внезапно полностью проснувшись. – Вегас? Мы в Вегасе?

Джианна зевает и потягивается рядом со мной. – Во сколько мы вообще вылетели?

– В десять утра, – бормочет Эмилия, протирая глаза. – По времени Нью-Йорка. Так что технически дома все еще утро.

– Путешествие во времени, – шепчу я себе, улыбаясь, когда возбуждение с прошлого вечера возвращается. Мы приземляемся в Лас-Вегасе. Они привезли меня в Вегас.

Я едва могу сдерживать себя, желание топнуть ногами от чистого счастья почти невозможно сдержать, когда самолет касается земли почти без толчка. Когда мы рулим по взлетной полосе, я выглядываю в окно и вижу горы вдали, бледные и туманные на фоне пустынного неба. Жар дрожит над бетоном, и даже из кабины я уже чувствую электрическую энергию города, пульсирующую за пределами аэродрома.

Когда мы спускаемся по трапу, нас ждет еще один лимузин. Водитель, мужчина средних лет в костюме, улыбается нам, открывая дверь, будто мы настоящая королевская семья. Но именно номерной знак заставляет меня замереть.

BRIDE-TO-BE (Будущая невеста).

– О Боже мой, – выдыхаю я, закрывая рот обеими руками.

Элира ухмыляется, проводя рукой по ярко-рыжим волосам. – Сюрприз.

Из меня вырывается совершенно нелепый визг, и я кружусь, обнимая их всех в вихре атласных халатов и растрепанных волос. – Вы, девочки, сумасшедшие. И я серьезно.

Они усмехаются, обнимая меня в ответ.

Мы забираемся в лимузин, который является воплощением вегасской роскоши – бархатные сиденья, неоновые акцентные огни и даже охлажденные бутылки воды в хрустальном ведерке. На мгновение я просто позволяю этой нелепости омыть меня. Но когда мы съезжаем с бетонной полосы и выезжаем на шоссе, мое внимание переключается на три черных внедорожника, которые строятся за нами, держась на том же расстоянии.

Ладно... это не нормально.

У меня стынет кровь. – Эм... ребята? Это может звучать параноидально, но я думаю, за нами следят.

Они выглядывают в заднее окно, но никто из них не выглядит встревоженным. Эмилия просто машет рукой. – Все в порядке. Это люди Рафаэля. Он знает, где мы, и настоял на охране. – Она говорит это так буднично, будто иметь вооруженных охранников за спиной – самое обычное дело в мире.

Я сглатываю и пытаюсь выбросить эту мысль из головы – что становится удивительно легко, когда Стрип появляется в поле зрения. Я читала о нем, видела на экранах, но увидеть воочию – это совсем другое. Неописуемо.

Огромные отели, мигающие вывески и ряды пальм проносятся мимо тонированных окон, как сцена из фильма.

Внезапно из динамиков лимузина начинает звучать музыка – похоже Бейонсе – и девушки визжат от восторга, подпевая во весь голос. Я не могу не улыбаться, увлеченная их энергией, огнями, роскошью, всем этим.

Мы подъезжаем к пятизвездочному отелю, который выглядит скорее как дворец, чем что-либо еще, – сверкающий небоскреб с сияющими окнами, фонтаны, бьющие высоко в воздух, и швейцары в безупречно отутюженной форме.

И это моя жизнь?