Мягкие кремовые кожаные сиденья огибают салон нежной U-образной формой, каждое выглядит шикарное другого. Пушистые небесно-голубые подушки и шелковые пледы искусно разбросаны по сиденьям, а теплый золотистый свет заливает все почти неземным сиянием.

Это должен быть сон. Мой первый полет на самолете, и это частный самолет? Мне даже не приходит в голову волноваться из-за полета, когда я окружена такой роскошью.

Затем я вижу это.

Там бар.

Бар из полированного орехового дерева с золотой отделкой по краям, которая сверкает под мягким светом, уже уставленный бокалами с шампанским и хрустальной вазой, полной клубники. Вау.

– Ты еще не видела самое лучшее. – Эмили ухмыляется, протягивая мне атласную коробку, перевязанную белой лентой. Откуда она взялась? – Открой, – подталкивает она, засовывая коробку мне в руки.

Ее явное возбуждение настолько заразительно, что я ловлю себя на глупой улыбке, разрывая коробку. Внутри, уютно устроившись в папиросной бумаге, лежит халат цвета шампанского, такой гладкий, что кажется сотканным из чистого шелка. На груди золотыми буквами мерцает слово «Невеста», которое ловит свет при каждом движении.

Я издаю тихий вздох, мои глаза щиплет от неожиданных слез.

Когда я поднимаю взгляд, она замечает это и притягивает меня в крепкие объятия. – Иди переодевайся, – шепчет она мне в ухо, и я киваю, слишком растроганная, чтобы говорить.

Так вот каково это – иметь подруг?

Джианна указывает мне на дверь с маленькой табличкой «Номер для невесты», и я почти спотыкаюсь.

Они выложились по полной ради этого... ради меня.

Я глубоко вдыхаю, входя в огромную кабину, которая больше похожа на пятизвездочный гостиничный номер, и стараюсь не глазеть на шикарный интерьер, переодеваясь в халат. Ткань мягкая, как рай, на моей коже, и я не могу перестать проводить большим пальцем по материалу, возвращаясь в главную кабину.

Девушки взрываются, увидев меня, визжат и хлопают от восторга. Джианна делает снимок, прежде чем я успеваю поднять руку, чтобы остановить ее, внезапная вспышка ее камеры почти ослепляет меня.

– Ты выглядишь так красиво, что я могу расплакаться, – говорит Элира, драматично обмахиваясь, и мои щеки горят от внимания.

Эмилия вкладывает мне в руку бокал с шампанским, и я делаю медленный глоток, помня о напитках, которые уже выпила в лимузине. Моя переносимость явно под вопросом.

Джианна хлопает в ладоши. – Ладно, давайте начнем этот девичник!

Снова визги. Снова смех. Я устраиваюсь на одном из кожаных кресел, чувствуя себя парящей. Мне безумно любопытно, куда направляется этот самолет, когда мы выруливаем на взлетную полосу, но, черт возьми, мне слишком весело, чтобы снова спрашивать.

Мы начинаем с игры «Угадай воспоминание».

Каждая пишет смешное или милое воспоминание о них с мужьями, а я должна угадать, кому оно принадлежит.

Воспоминания абсолютно безумные:

— Я думала, у нас было милое первое свидание... потом он подсыпал мне что-то в воду. Я очнулась в Лас-Вегасе, где он пригрозил убить моего отца и брата, если я не выйду за него.

— Шел сильный дождь, когда на меня напал ужасный незнакомец, посланный моим дядей после того, как я сбежала из дома, а мой муж подъехал на машине и спросил, не нужна ли мне помощь. НУ КОНЕЧНО! Он не торопился, снимая часы, прежде чем соизволил выйти и помочь мне.

— Я рылась в чужом кабинете, когда вошел мой муж, отвлекая меня. Мы чуть не попались, пришлось прятаться в шкафу, и у ублюдка хватило наглости получить эрекцию за моей спиной!

И это лишь несколько примеров. Какую жизнь живут эти женщины?

Мы заходимся в истерическом смехе, когда я читаю воспоминания вслух. Я почти все угадываю неправильно, и мое наказание – еще шампанского, которое я пью без возражений.

К тому времени, как мы переходим к раунду «Правда или стопка», моя голова приятно кружится, и все кажется смешным. Игра быстро переходит в слишком личные истории от девушек, оставляя всех в слезах. Элира весь вечер пьет только безалкогольные коктейли, одна рука всегда нежно лежит на ее маленьком животике, но ее лицо раскраснелось от смеха не меньше, чем у нас.

Когда Эмилия осмеливается спросить меня о самом извращенном месте, где я занималась сексом, я чуть не выплевываю напиток на салон. Элира хватается за живот, будто ей больно от смеха, а Джианна балансирует на краю стула, пытаясь не упасть. Я заикаюсь и запинаюсь, размышляя, не испорчу ли я образ влюбленной в Ромеро, если скажу им скучную правду – что я никогда не занималась сексом.

К счастью, Элира спасает меня драматическим зевком. Она дарит нам сонную улыбку. – Ладно, я вас всех очень люблю, но этот ребенок официально отключает меня на ночь.

Мое сердце согревается, когда мы все целуем ее на ночь и смотрим, как она исчезает за бархатным занавесом в сторону одной из частных спален в задней части самолета, ее халат стелется за ней.