— В запретных землях нет плохих и хороших, Джай. Есть только сильные и слабые. Сильные выживают, а слабые погибают. Все просто. Идрис сломает тебя, а Кензо сделает сильной. Но если у тебя есть хоть капля ума, ты будешь держаться от меня подальше, потому что у меня такое чувство, что я сделаю тебя слабой.

Его слова шокируют меня, и я хмурюсь.

— Это неправда! — возражаю я. — Я прыгала по крышам. Я никогда в жизни так быстро не бегала. — Я умоляюще смотрю на него: — Я жива только благодаря тебе.

Ченс выглядит измотанным, когда спрашивает: — Помнишь, я говорил, что по эту сторону тебе придется многому научиться?

— Да.

Я надеюсь, что именно он станет моим учителем.

Внезапно Ченс хватает меня за плечи и рывком притягивает к своей груди, так что я чувствую, как напрягаются все его мышцы. Он наклоняет голову, и я перестаю дышать. Его теплое дыхание касается моего лица, и я понимаю, что мне все еще не страшно. Лишь трепетное предвкушение бурлит в груди.

Его лицо темнеет от ярости: — Чувства делают тебя слабой, девочка, — рычит он.

Я вздрагиваю от его тона, и, прежде чем я успеваю сообразить, что происходит, его губы впиваются в мои.

Мозги. Начисто. Отключились.

От удовольствия у меня кружится голова, и я хватаю ртом воздух. Как только его язык проникает в мой рот, мной овладевает что-то первобытное.

Моя левая рука зарывается в его волосы на затылке, а вторая вцепляется в футболку. Каким-то образом я умудряюсь отвечать на его поцелуй, хотя никогда раньше этого не делала.

Невероятные чувства , которые я даже не могу описать, взрываются в моей груди.

Боже.

Внезапно Ченс отстраняется, и мрачное выражение его лица, когда он смотрит на меня сверху вниз, мгновенно приводит меня в чувство. Я словно падаю в черную дыру, когда понимаю, что даже не попыталась помешать ему забрать мой первый поцелуй.

— Урок первый, — цедит он. — То, что я спас тебе жизнь, не значит, что я тебя не убью. — Он толкает меня назад. — Урок второй. Ничто не остановит мужчину, если он хочет взять свое, а ты, девочка – редкий товар, за который каждый рад будет побороться. Никогда больше не показывай такую уязвимость.

Это удар прямо в сердце, разрушительный и жестокий, и я могу только смотреть, как Ченс выходит из ванной.

Меня захлестывают стыд, разочарование и чувство, что меня предали. Дрожащие ноги не держат меня, и я опускаюсь на пол, в ужасе от того, что только что произошло.

Ченс поцеловал меня, и для него это ничего не значило. Это был лишь его способ показать, насколько я наивна.

Это так больно.

Когда мы прыгали по крышам, он велел мне доверять ему. Теперь же говорит прямо противоположное.

Я ничего не понимаю.

Может, он сделал это, потому что хотел, чтобы мне было так же больно, как и ему?

Я цепляюсь за эту мысль, потому что принять ее проще всего. Я просто не могу смириться с тем, что Ченс может быть таким же, как большинство других мужчин, которые без колебаний воспользуются моим телом ради собственного удовольствия и заставят меня рожать детей.

Нет. Ченс не такой.

Во время нашего путешествия из экогорода сюда он всячески меня оберегал. Он помогал мне. Он обеспечивал мою безопасность. Он даже утешал меня на платформе.

Ему просто больно из-за потери Итана.

Понимая, что не могу вечно сидеть на полу, я заставляю себя подняться и подхожу к раковине. Открываю кран и плещу водой в лицо, загоняя душевную боль и смятение в самые дальние уголки сердца.

Промокнув кожу, я вздыхаю и выхожу из ванной, изо всех сил стараясь не думать о поцелуе и о том, каким потрясающим он был.

Урок усвоен, Ченс. Никогда никому не доверять.

Оставив полотенце в спальном блоке, где я выбираю матрас в самом дальнем углу, я отправляюсь в столовую в надежде найти хоть какую-то еду.

Я слышу голоса, и моя надежда крепнет, когда я чувствую запах еды. Войдя в зал, я вижу, что люди уже сидят на скамьях.

Вейлен сидит с тем парнем из душевой, Джареком. За их столом также расположились Аарон и еще один парень.

— Так вот она какая, новенькая, — говорит девушка, такая же низкорослая, как и я. Она стоит за столом с огромной кастрюлей и мисками. Когда она улыбается, видны сломанные зубы. — Смотрю, одежда подошла. — Я стараюсь не рассматривать шрамы на ее лице и шее. — Я Рейз, а это наш шеф-повар, Олдрик.

Мне удается выдавить нервную улыбку.

— Приятно познакомиться.

Парень со следами муки на одежде машет мне из-за плиты, а затем Рейз протягивает мне миску. Когда я беру ее, она накладывает туда щедрую порции густого рагу.

— Спасибо за одежду, — вовремя вспоминаю я и быстро добавляю: — И за еду.

Она ухмыляется.

— Ешь. Тебе не помешает набрать массу. На столе лежит хлеб. — Она, без сомнения, самый дружелюбный человек из всех, кого я встретила в варде.

Я улыбаюсь ей и отхожу к свободной скамье у стены. Мне сейчас не до компании. Я планирую быстро поесть и наконец-то поспать.

Стоит мне съесть первую ложку, как в столовую входят двое мужчин. В одном я узнаю парня из душа, а второй – Идрис.