Какой кошмар.

Я выгляжу ужасно. На щеке синяк, а пуля оцарапала кожу, оставив саднящую красную полосу. Я слишком бледная, отчего черно-синие и красные кровоподтеки кажутся еще ярче. Волосы растрепались, словно в них что-то взорвалось.

Попытавшись пригладить торчащие пряди, я замечаю, что у меня дрожат руки.

Мне нужна еда.

Мой взгляд опускается ниже и замирает на руке. Жжение, которое я чувствовала, оказалось следом от еще одной пули, которая задела руку чуть выше локтя.

Мне повезло. Итану – нет.

Мне хочется оплакивать его, но я понимаю, что сейчас не время и не место.

Возвращается Ченс, переодевшийся в простую черную футболку и синие джинсы.

Значит, они все-таки носят цветные вещи.

Он протягивает мне стопку вещей: — Полотенце и одежда. Футболка и штаны Рейз. Должны подойти. Прими душ, потом осмотрим твою руку и лицо.

Больше он ничего не говорит и снова уходит.

Радуясь возможности наконец-то привести себя в порядок, я иду в душ, надеясь, что потом смогу хоть что-нибудь съесть.

Глава 15

ГЛАВА 15

ДЖАЙ

Зная, что в любой момент кто-то из живущих здесь мужчин может зайти в ванную, я торопливо привожу себя в порядок и не могу в полной мере насладиться теплой водой, которая хоть немного снимает напряжение. Но, одеваясь, я чувствую себя более человеком.

Футболка сидит как влитая, и я впервые ловлю себя на мысли, что она подчеркивает мою грудь. Может, она и не такая большая, как у других женщин, но как бы я ни одергивала футболку, она все равно облегает меня

Штаны не намного лучше, они тоже облегают мое тело. Дело не в том, что одежда неудобная, – наоборот, она удобнее всего, что я когда-либо носила. Просто она слишком откровенная.

Я опускаю взгляд и смущенно вздыхаю, увидев, что из глубокого декольте выглядывает ложбинка между грудей.

Черт, вот уж чего я никак не ожидала увидеть. При других обстоятельствах я была бы рад выглядеть женственно. Но когда в комнате столько мужчин, я начинаю волноваться.

Я оставляю влажные волосы распущенными, помня, что Идрис взбесится, если я буду выглядеть слишком невинной. Я складываю грязную одежду и выхожу из душевой кабины.

— Закончила? — Я вздрагиваю от неожиданности. Ченс стоит, прислонившись к стене в углу, с закрытыми глазами.

— Да, спасибо.

Вздохнув, он открывает глаза.

— Грязные вещи бросай вон туда. — Он указывает на плетеную корзину. — Мы по очереди дежурим на кухне, стираем, ухаживаем за скотом и огородом.

Я тороплюсь, не желая отнимать у него время. Бросаю одежду в корзину для белья, думая, что, по крайней мере, она останется у меня.

Обернувшись, я вижу, что Ченс пристально смотрит на меня. Его взгляд скользит по мне, и я чувствую жар во всем теле, а не только на лице.

Он откашливается.

— Как рука?

Я опускаю взгляд на саднящую рану.

— Просто царапина. Ничего серьезного, — отвечаю я. Я пытаюсь улыбнуться, но замолкаю, почувствовав неловкость.

Ченс ничего не говорит и отталкивается от стены. Он подходит ко мне, но я отвожу взгляд.

Я чувствую себя виноватой из-за того, что случилось с Итаном, и не хочу видеть осуждение в его глазах.

Его пальцы касаются моей кожи чуть выше раны, заставляя меня посмотреть вниз.

Все и правда выглядит не так уж плохо.

Он отпускает мою руку, и мое сердце начинает бешено колотиться, когда он подносит руку к моему лицу. Ченс берет меня за подбородок и слегка приподнимает его, заставляя заглянуть ему в глаза.

Несколько мучительно неловких секунд я не знаю, куда деть взгляд, и смотрю то на его подбородок, то на губы, то в глаза. Внутри у меня все дрожит и сжимается, но не от страха.

Я никогда раньше не испытывала столь сильных чувств. От вины и сострадания до чистого восхищения. Ченс – невероятный человек, и он глубоко меня трогает.

— Ты права, — тихо произносит он, — ничего страшного.

Ченс не отступает и не отпускает мой подбородок. Дрожь распространяется по всему телу, и я сжимаю пальцы в кулаки.

Внезапно он говорит: — Легче не станет. Ты и так далеко зашла, а это удается немногим. — Его взгляд впивается в мой, заставляя сердце пропустить удар. — Держись подальше от Идриса. Он причинит тебе боль. Кензо безопасен.

Ченс отстраняется и поворачивается, собираясь уйти.

— А ты? — Слова вырываются прежде, чем я успеваю себя остановить.

Я жалею, что не могу забрать их обратно, когда Ченс в два шага сокращает расстояние между нами. Он стоит так близко, что мне вдруг становится трудно дышать.

Он сверлит меня взглядом, и я, не в силах вынести это, начинаю теребить край футболки.