— Поблагодарю его за оказанную услугу, — не могу позволить ей узнать, что ему разрешено приходить в дом по ночам, когда вздумается.

Она смеётся.

— Я слишком хорошо тебя знаю… С помощью своего ножа?

Делаю глоток кофе и подмигиваю ей.

— Охуеть! — её смех разносится по всему дому. — Ты больше никогда его не увидишь.

Я пожимаю плечом и встаю, держа кружку губами.

— Кстати, у тебя под дверью ещё один подарок. После предыдущего я навсегда зареклась приближаться к твоему дерьму.

С каждым шагом к входной двери идти становится всё тяжелее.

— Лабиринт готов, — говорю я Зилле.

Мои пальцы подрагивают, когда я тянусь к ручке. На коврике с надписью «Сладость или гадость» стоит элегантная чёрная коробка, больше предыдущей. Ветерок слегка колышет её угольно-чёрную ленту.

Дрожащими руками обхватываю коробку за края, и обычная прогулка с ней превращается в настоящее испытание на равновесие. Она тяжёлая. Мои плечи слегка подаются вперёд, чтобы уравновесить вес. Я боюсь сделать слишком резкое движение. Ставлю коробку на кухонный стол. Теперь я медлю, проводя пальцами по краям крышки, но так и не решаясь ухватиться за них. Коробка стоит передо мной, безмолвная, но моё воображение превращает любопытство в кошмарные картины. Пальцы находят мягкую атласную ленту, гладкую на ощупь. Я осторожно тяну за неё, наблюдая, как бант изящно развязывается: сначала высвобождается одна петля, затем другая. Чёрная лента распускается и соскальзывает на стол. Крышка коробки больше ничем не закреплена и словно ждёт. Я медленно приподнимаю её, и мои уши улавливают едва слышный шелест картона. Заглядываю внутрь. Слои папиросной бумаги цвета воронова крыла тихонько шуршат, когда я раздвигаю их.

— Есть какие-нибудь части тела? — Зилла заходит на кухню, прикрывая рот рукой.

— Это банка… — поднимаю в воздух большую стеклянную ёмкость. Она не совсем похожа на остальные мои банки, зато больше, а винтажный дизайн делает её особенной. И я точно знаю, кто её прислал. Он играет.

ГЛАВА 9

НОКС

Когда я замечаю, как она выходит на улицу в полночь с тем самым ножом, которым однажды оставила порез на моей шее, я улыбаюсь. На ней нет ничего, кроме шелковистой чёрной ночной сорочки. Этот причудливый танец голода и наслаждения разжигает во мне игривую искру. Я люблю играть, а она готова прикончить всё, что окажется перед ней. Я жажду её, и эту тягу невозможно игнорировать. Я стану её игрушкой, пока она будет моей добычей. Её игра по моим правилам.

Если я продолжу держаться от неё подальше, то сгнию изнутри. Она превратилась во всё, за чем я хочу наблюдать. Во всё, что хочу попробовать на вкус. Я хочу, чтобы её пальцы впивались в мою кожу. Иглы татуировочной машинки не способны утолить мою жажду. Я выпускаю дым, который слишком долго держал в лёгких, и смотрю на следы зубов, теперь запечатлённые чернилами на моей коже. Преследовать её становится скучно. Я хочу её. Хочу, чтобы она умоляла меня.

— Что случилось с твоей шеей? — голос Колетт звучит громче жужжания машинки. Она поднимает на меня свои тёмно-синие глаза, на мгновение прерывая работу над татуировкой. Белым бумажным полотенцем она стирает с моей кожи смесь крови и чернил.

— Женщины…

Она разражается смехом, обнажая клыки, украшенные серебряными кольцами, а я невольно задаюсь вопросом, как ей удаётся питаться с пирсингом в зубах? Она поправляет на пальцах розовые медицинские перчатки и снова принимается набивать мне татуировку.

— Слышала, лабиринт уже готов. Сегодня вечером можем все туда сходить.

ГЛАВА 10

НЕО

Туман извивается по лабиринту, словно живое существо, пробираясь между высокими стеблями высохшей кукурузы, которые слегка покачиваются во влажном воздухе. Кукурузный лабиринт гудит от возбуждённых голосов в свете мерцающих фонарей. Вдоль извилистых тропинок разбросаны наполовину закопанные в землю скелеты, которые кричат на прохожих. Где-то вдалеке играет жуткая музыка, тревожная смесь смеха и отдалённого воя.

Впереди извивается земляная тропинка, окружённая высокими стенами золотистой кукурузы, тихо шелестящей на ветру. Каждый мой шаг хрустит по земле, а сухие листья то и дело задевают руки, пока я пробираюсь через многочисленные повороты. Зилла осталась пить свой любимый яблочный пунш и разговаривать с владельцем. Я слышу, как неподалёку останавливаются мотоциклы, поэтому ускоряю шаг. Не хочу оставаться одна в лабиринте, где развлекаются вампиры.