— Это сдерживает мою жажду, — его голос доносится сквозь щель между губами и сигаретой.

— Жажду чего?

— Тебя.

Я разворачиваюсь всем телом, поднимая на него взгляд. На правом уголке его губ играет хитрая ухмылка.

— Да пошёл ты на хуй!

Он поднимает руку над моим плечом, вытаскивает ключ из двери и слегка толкает её, приоткрывая.

— От меня пахнет розой.

— Я почувствовал.

— И?

— И? Думала, что если положить дикие розы на наши могилы, это помешает нам снова восстать в облике вампиров? — он наклоняется ближе, вынимает сигарету изо рта и выпускает дым мне в лицо.

 

ГЛАВА 3

НОКС

Она выдыхает дым, наполнивший её лёгкие. Раздражённо разворачивается, хлестнув меня косой по груди, и заходит в свой магазин.

— Придурок!

Я смеюсь и закидываю рюкзак на плечо, следуя за ней внутрь. Мой голодный взгляд прикован к её миниатюрному телу, двигающемуся под моим худи.

Деревянный пол скрипит под моими ногами. Сладкие ароматы сахара и глазури смешиваются, вытесняя запах моего дыма. На полу и у окон красуются вырезанные тыквы, некоторые из них уже обуглились. Я закрываю дверь, и маленькая ведьма появляется передо мной, протягивая серебряный нож. То самое оружие, которое однажды, а может, и дважды… убило меня.

— Сядь! — в её голосе звучит раздражение, а стальное лезвие направлено мне в грудь.

— Может, перевернуть табличку на «Закрыто», раз уж мы собираемся заняться делом?

— Я тебя пырну! — проводит она кончиком лезвия по моей грудине. Тем временем её вторая рука ощупывает мою грудь, пытаясь уловить слабое эхо сердцебиения. Она такая охуенно сексуальная. Блядь. Мне понадобится целая пачка сигарет, чтобы успокоиться. Ёбанный ад! — Сядь!

— Ладно. Давай поиграем, — подчиняюсь её требованию и сажусь на стул, на который она теперь указывает острым лезвием.

— Доставай коробку! — она складывает руки под грудью, притягивая мой взгляд, словно хренов магнит. Мои глаза опускаются на кружевные чулки, нежно облегающие её бёдра.

— Пожалуйста? — откидываюсь я на спинку стула.

Ведьмочка раздражённо рычит и бросается ко мне, намереваясь схватить сумку. Я роняю ту на пол между своих ног. Она останавливается передо мной, и я хватаю её за талию, затаскивая к себе на колени. Она реагирует мгновенно, приставляя лезвие к моему горлу.

— Отпусти!

— Ну что, маленькая Белладонна, что бы ты хотела узнать?

Она извивается бёдрами, прижимаясь ко мне в попытке вырваться из моей хватки.

— Хочешь пригласить в нашу игру ещё одного участника?

— Что ты имеешь в виду? Отпусти меня!

— Если продолжишь так двигаться, кое с кем познакомишься, — опускаю взгляд на её ноги, расположенные по обе стороны от моего тела. Её взгляд скользит к месту, где соприкасаются наши тела, и я отпускаю её талию. В мгновение ока она вскакивает на ноги.

— Ох, ради Луны! — она наклоняется ко мне, вонзая лезвие в плоть моего подбородка.

— Наклоны тоже не помогут, — моя улыбка явно действует ей на нервы.

— Знаешь что? Я слышала, пытки очень помогают в подобных ситуациях, — она давит коленом на выпуклость в моих штанах. — А теперь, красавчик, подними эту чёртову сумку и достань коробку. И мою юбку!

Пока она вдавливает колено в мой пах, а лезвие прижимает к горлу, я чувствую, как струится кровь, стекая по изгибам моей шеи.

— Как волнительно! Понятия не имела, что вампиры могут истекать кровью. Готов сегодня пролить немного для меня?

— Сделаешь из неё конфеты? Я бы с удовольствием посмотрел, как одна из них покоится между твоих губ.

Её рука медленно движется вперёд, и кончик ножа прорезает ровную линию в моей плоти. Между нами раздаётся звук разрываемой кожи. Я любуюсь её улыбкой — жестокой и непристойной. Именно такой, как мне нравится.

Ведьма внезапно замирает. Её кожа приобретает призрачно-бледный оттенок, руки опускаются вдоль тела. Лезвие с лязгом падает на пол, словно произнося последнее леденящее душу слово.

— Что случилось? — встаю, обхватывая её челюсть ладонями.

— Здесь кто-то есть.

ГЛАВА 4

НЕО

Свет начинает мерцать. С громким грохотом одна из банок с кукурузными конфетами разбивается о деревянный пол. Я хватаю вампира за руку и тащу в соседнюю комнату. Как только мы оказываемся в тускло освещённом коридоре, свет гаснет, погружая весь магазин во тьму. Дверь с оглушительным грохотом захлопывается, и от этого звука по моей коже пробегают мурашки. Раздаётся медленный, размеренный стук.

Раз.

Два.

Три.