Я мрачно на него посмотрела. За несколько дней до отъезда из Валнара я ошиблась с точкой выхода и едва не расквасила нос о громадный валун. В итоге отделалась шишкой на голове, скрытой волосами. Когда принц наконец перестал хохотать и вытер слёзы, он сумел выдавить одно-единственное слово: «Точность».

— К отметке. Давай.

Сила прокатилась по телу, и передо мной закрутился воздух — портал раскрылся. Я сосредоточилась на отметке, которую он прочертил сапогом в грязи, и шагнула в пустоту. Потрескивание за спиной возвестило, что портал закрылся.

— Как-то небрежно, но сойдёт, — крикнул он.

Я развернулась и открыла новый портал. Он выплюнул меня слева от Энхарта; под сапогами чавкнула грязь.

— Теперь, значит, нужно не только точно, но ещё и красиво?

— Представь, ты захочешь эффектно появиться на своём первом заседании совета, а потом шлёпнешься на задницу перед всеми советниками, — ответил он. — Ты постоянно скользишь, потому что неправильно ставишь ноги.

— Я не собираюсь без причины врываться на заседание через портал.

— А стоило бы. Запомни: место в совете требует не только навыков. Нужны хитрость и здоровая доля паранойи. Если сразу продемонстрируешь силу, всем станет ясно, что с тобой лучше не связываться.

— Паранойи? — переспросила я. — Чего мне бояться?

Он пожал плечами.

— За эти кресла готовы глотки перегрызть. Только один член совета удерживает своё место больше десяти лет — Анселл. И лишь потому, что он самый опасный интриган из всех.

— Лорд Волортен? Серьёзно?

— Абсолютно. Он служил ещё при моём отце, который правил больше пяти веков. Когда отец умер девяносто один год назад, Анселл провёл коронацию Мордрика и, если верить придворным, ввёл новую эпоху правления.

Я попыталась представить главного советника молодым. Глядя на него сейчас, трудно было вообразить его лицо без глубоких борозд на бледной коже и без вечной мрачности во взгляде. Интересно, насколько изменился Валнар со времён раннего правления короля Норрикса.

— У тебя редкий набор способностей, — продолжил Энхарт. — Но это не значит, что никто не попытается убедить короля, будто тебя можно заменить.

Причём не только в совете, подумала я. Для Мордрика я была больше, чем будущий советник, а место рядом с королём ценилось ещё выше, чем место за его столом.

— Я так увлеклась подготовкой к солнцестоянию, что почти не думала о том, что будет после, — призналась я.

— Они не дадут тебе расслабиться, но ты привыкнешь.

— Звучит чудесно.

— Звучит как двор.

Я покрутила в пальцах кончик косы.

— А в Холлибруке будет так же?

Он фыркнул.

— Нет. Скорее всего, там будет скучно.

— Почему?

— Нервничаешь?

Я покосилась на него.

— Если признаюсь, расскажешь?

Он усмехнулся.

— Не понадобится. К нашему приезду весенний семестр уже закончится, большинство студентов разъедется. Работать ты будешь в основном с канцлером Сорреллом.

— Он ведьмак?

— Нет, вампир. И весьма древний.

— Древнее тебя и Мордрика?

— Я не настолько стар, между прочим. И брат тоже. Хотя ворчит так, будто ему тысяча.

— Прости, что считаю древним человека, которому за двести.

— Привыкай, — ответил он. — Ты и сама, скорее всего, проживёшь почти столько же.

Я недовольно хмыкнула.

— Мне уже говорили.

— Канцлер Соррелл работал бок о бок с величайшими ведьмами в истории Валена, — продолжил Энхарт. — Он записывал их методы в трактатах и сборниках. Его исследования легли в основу множества открытий.

— Но…

Он мгновенно оказался в другом конце сада и махнул мне следовать за ним. Воздух задрожал. Я раздвинула его, словно ткань, и осторожно шагнула в портал, который вывел меня к Энхарту.

— Почему все эти так называемые специалисты по магии сами не ведьмы? — не отставала я.

— Знаешь поговорку: «Менестрель, потерявший голос, гроша не заработает»?

Я фыркнула.

— Нет.

— Тогда напомню, насколько мало осталось ведьм. Дюжина на поколение, если повезёт. Они разбросаны по всему королевству и почти неуловимы.

— Кроме той, что пыталась убить меня в Валнаре.

— Мы не знаем, пыталась ли она тебя убить, — напомнил он. — Мы даже не уверены, что это вообще ведьма. Пока это лишь предположение.

— Ну да, — саркастично протянула я. — Ведь у каждого ученика кузнеца в подвале найдётся жертвенный алтарь.

Он закатил глаза.

— Канцлер, вероятно, единственный из ныне живущих, кто видел Эльдорфайр своими глазами. Если не считать твоих земляков с Окраин.

Я замерла.

— Видел? Ты же говорил, что это редкость.

— Я не говорил, что он видел его недавно. Думаю, он с удовольствием расскажет тебе эту историю.

Я прикусила язык, удерживая колкость.

— Что? — подначил он. — Разве ты не рада, что скоро избавишься от меня?

Дождь намочил его пальто, на волосах блестели капли; один локон упал на лоб. Я сглотнула и отвела взгляд.

— Конечно, рада.

— Отлично. Ещё раз.

 

 

Глава 23