Не обращая внимания на ком в горле, я поднялась. Веспер удивлённо вскинула голову, когда я извинилась и ушла из-за стола. Я почти бегом добралась до ближайшей дамской комнаты и с грохотом захлопнула дверь; позолоченное зеркало задрожало, отражая моё растерянное лицо. Хрустальные флаконы с мылом и духами на мраморной столешнице затряслись вместе с нарастающим гневом.

Я слегка покачнулась — вино шипело в голове.

— Что с тобой такое? — спросила вслух. Мне не должно быть дела до того, что думает Энхарт. Или Женевьева. Я прекрасно знала характер наших отношений и последние два месяца жаловалась на него при любой возможности.

Только не так, как он, — подумала я.

Я позволила тонкой струйке магии стечь к пальцам, вытянула воду из кувшина у умывальника и пропустила её между ладонями, выравнивая дыхание. Заставила себя вспомнить, зачем я здесь. Служить державе — как Энхарт. Заслужить место за столом рядом с мужчиной, которому я действительно небезразлична. Выбраться из служанок и занять новое положение своими силами. То, что принц думает обо мне лично, не должно иметь значения. Более того — не должно даже задевать. Мы ведь не друзья. И мне вовсе не нравилось его общество.

Всего лишь обязанность.

Вода с плеском упала в чашу. Я вытерла мокрые руки о платье. Решив до конца вечера игнорировать и его, и драгоценную Женевьеву, я открыла дверь — и уставилась прямо в тускло-карие глаза самой вампирши. Я резко вдохнула и отступила.

— Линн, да? — спросила она, протискиваясь внутрь. Перед зеркалом принялась прихорашиваться, приподнимая лиф так, чтобы грудь выглядела ещё пышнее.

— Принц Энхарт кое-что о тебе рассказывал.

— Меня зовут Финн, — ощетинилась я. Остаться здесь было явно ошибкой, но ноги будто приросли к полу.

Она хихикнула, сверкнув клыками.

— Ой. Просто так мило, что он тратит на тебя время. Особенно учитывая, что дело, похоже, нелёгкое. Мой Энни очень любит жаловаться.

Я проглотила яростное желание влепить ей пощёчину. Или поджечь её драгоценные рыжие волосы. Особенно потому, что после увиденного в её воспоминаниях знала: она говорит правду. Выдохнув, я напомнила себе, что вокруг знать и нападение на одну из них, вероятно, сочтут не слишком приличным.

— Мы с Энни как-то это переживём, — процедила я.

— Не знала, что он позволяет тебе называть себя по имени. Какая непринуждённость.

— Я не… — Я осеклась. Спорить с ней было бессмысленно. — Неважно.

— В любом случае с королём у тебя, должно быть, столько хлопот, — сказала она, пощипывая щёки, чтобы на фарфоровой коже появился румянец. — Он отзывается о тебе очень высоко.

Она права, — сказала я себе. — Так почему издёвки его назойливого младшего брата тебя задевают?

— Но я просто обязана спросить. — Она повернулась ко мне, накручивая локон на палец. — Он уже пробовал тебя?

Щёки вспыхнули.

— Что, прости?

Она захихикала, хотя в глазах не было ни капли веселья.

— Ох, не в этом смысле! Я про кровь. Людей такое странно спрашивать? Я просто почти не общаюсь с вашим видом.

Я нахмурилась. Даже с Веспер, которая редко смягчала выражения, мы никогда не касались этой темы.

— Приму это за «нет», — сказала вампирша. — Вполне понимаю. Такое не делают с кем попало.

Я отчётливо понимала, что она играет со мной.

— Король Мордрик для меня не кто попало.

— Конечно. Моя ошибка. Прошу прощения. — Она исчезла почти так же быстро, как вошла.

Я поймала в зеркале собственное отражение — оно смотрело на меня совершенно ошеломлённо. Наверняка именно этого она и добивалась. Я выругалась себе под нос и вышла в коридор.

Остаток вечера прошёл без происшествий, если не считать пьяного вампира и человека, вызвавших друг друга на дуэль. Позже мне объяснили, что дело было в предполагаемом романе вампира с женой человека. Знать, похоже, привыкла к подобным сценам: даже когда обнажились мечи, разговоры почти не стихли. Лишь капитан Королевской гвардии вмешался, разнял обоих и отправил по гостевым покоям. А я всё это время держала барьеры плотно закрытыми, не позволяя бархатному голосу принца снова проскользнуть в складки моего сознания.

Пир закончился с рассветом. Гости либо забирались в роскошные экипажи, чтобы вернуться в свои поместья, либо, пошатываясь, расходились по многочисленным гостевым комнатам дворца. Я прислонилась к плечу Мордрика, пока он прощался с компанией пьяных гуляк. Перед уходом Веспер крепко меня обняла и заставила пообещать, что скоро приеду к ней в гости.

Когда последний экипаж загрохотал прочь, я вздохнула и позволила Мордрику обнять себя, уже отчаянно мечтая о постели.

— Пойдём?

Я кивнула. Он подхватил меня на руки, отнёс в спальню и легко бросил на кровать. Я утонула в пуховом одеяле, пока он снимал с меня туфли и проводил рукой вдоль ноги.

— Хорошо провела вечер? — спросил он, пальцы ласкали внутреннюю сторону бедра.