Остальные слуги уже собрались к ужину и теснились на скамьях за длинными столами медового цвета, ели и переговаривались после очередного тяжёлого дня. У очага одинокая посудомойка рассеянно ворошила огонь под оловянным котлом. Перед солнцестоянием кухня работала круглые сутки, поэтому даже здесь в воздухе висели запахи пряного мяса и засахаренных фруктов.

Я уселась рядом с Нив и с тревогой посмотрела на дымящееся блюдо с колбасками и картофелем, желудок свело в тугой узел. Во главе стола миссис Кэтерс нехотя посторонилась, пропуская Максанса. Её раздражение ощущалось как тёмная туча.

— В ближайшие несколько дней ко двору прибудут гости Его Величества из самых отдалённых уголков королевства, — начал Максанс, — поэтому воспользуюсь случаем и напомню вам, насколько важно соблюдать приличия.

Я вздрогнула.

— Никаких глупостей и неподобающего поведения. Ясно?

— Хороший слуга — невидимый слуга, — поддержала его экономка. — Если до меня дойдёт хоть один слух о неприятностях, устроенных кем-то из вас, окажетесь на улице раньше, чем успеете умолять меня оставить вас.

— Э-э, да, — сказал Максанс. — Спасибо, миссис Кэтерс.

Его голос постепенно превратился для меня в далёкий гул: я вспоминала выражение лица короля. Моё появление его потрясло — в этом я не сомневалась. Удивление исходило от него прохладной волной. Интересно, как долго он наблюдал, как я расхаживаю по библиотеке с зачарованными инструментами, совершенно не подозревая о его присутствии?

Я прокляла свою невезучесть. Ну, почему мне не попался какой-нибудь близорукий вампир? Или хотя бы кто-нибудь совершенно незначительный при дворе. Младший сын какого-нибудь захудалого лорда, например. Боги, что король теперь со мной сделает?

— Финн, сегодня ты по поручениям. Остальные могут продолжить ужин.

За столом снова поднялся гул, а я тупо смотрела на Максанса.

— Ты меня слышала? — спросил он, подходя к нам с Нив.

— Да.

— Тогда не копайся. — Он помахал списком у меня перед носом. Я выхватила пергамент из его рук.

— Ты ещё не сенешаль, Максанс.

Он криво усмехнулся и бросил на стол набитый кошель.

— Даже как ученик сенешаля я имею над тобой власть, горничная.

Нив наградила его непривычно жёстким взглядом.

— Должность сенешаля вообще-то очень почётная. А ты ведь не хочешь разочаровать своего наставника?

Он нахмурился.

— И давно вы обе стали такими дерзкими?

Подруга рассмеялась, щёки у неё чуть ли не светились.

— С тех пор как поняли, что это лучший способ заставить тебя замолчать.

Я пробежалась глазами по списку.

Смола Катлера

Мазь из белены и болиголова

Настойка кориандра

Серебряная полироль Браммингса

Сальные свечи (особый заказ)

Чтобы всё это достать, придётся обойти полгорода.

— Это всё к солнцестоянию? — спросила я.

— Почти, — ответил Максанс. — Обычные поставки в последнее время несколько раз срывались, а кое-что нужно самому сенешалю.

— Серебряная полироль, значит? — протянула Нив, заглядывая мне через плечо. — Похоже, сегодня увидишься с Юэном.

Максанс приподнял бровь.

— С учеником кузнеца?

Я ущипнула Нив за руку.

— Между мной и Юэном ничего нет, кроме дружбы, — соврала я. — Я тебе уже сто раз говорила.

С Юэном Гэлвейном я познакомилась почти три года назад, когда так же бегала по городу с поручениями сенешаля. Он был дружелюбным и красивым: тёплые карие глаза, рельефные мышцы, выкованные долгими днями у горна.

Поначалу разговоры с ним были просто способом потянуть время и не спешить обратно в замок. Потом Юэн стал отвлекать меня совсем иначе. Жена ему, похоже, была не нужна — как и мне муж, — поэтому пока нас обоих всё устраивало.

Нив хихикнула.

— Может, Юэн тебя и не интересует, но должен. Ты видела его руки?

Я сдержала смешок, заметив, как напрягся Максанс. Если он решил соперничать с учеником кузнеца, дорога ему предстояла тяжёлая.

— Только не трать весь вечер, пуская по нему слюни, — сказал Максанс. — Говорят, в городе неспокойно.

— В каком смысле? — заинтересовалась я.

— Ну… — Он наклонился ближе и понизил голос. — Пропала девушка.

Нив ахнула так громко, что посудомойщицы на другом конце кухни испуганно переглянулись. Я шикнула на подругу, а та наклонилась к Максансу и прошептала:

— Вампиры?

Я покосилась на неё. Нив родилась и выросла в Валнаре, где вампиры составляли больше половины населения. Её мать даже жила над пекарней, которой владел человек вместе с женой-вампиршей, вполне приятной особой. Но в замке нас окружали самые могущественные представители их рода — прекрасные и немыслимо богатые. Встречаясь с ними в коридорах, я и сама нередко теряла самообладание.

Максанс пожал плечами.

— Доказательств нет, насколько я знаю. Её похитили в Торговом квартале, и всё, что удалось выяснить, указывает на убийство. Молодым женщинам советуют не ходить одним, пока преступника не поймают.