Феликс расправляет плечи и делает выпад вперед, обрушивая свой гладиус ударом сверху прямо по той вмятине, которую проделала его первая атака. Щит реликвии сминается и трескается под этим натиском. Центурион опускает ладонь на спину автоматона, и на его лице проступает хмурая гримаса, пока тот снова восстанавливает свой щит.

«Прошел», — говорит он наконец, после чего устремляет на меня тяжелый взгляд карих глаз. Даже будучи до краев наполненным Железом, мое сердце начинает биться чаще, потому что я знаю, что будет дальше.

«Ты».

Глава 27

Я иду вдоль ряда новобранцев, прошедших испытания, высоко подняв голову. С другой стороны поля я чувствую на себе взгляды магистров, внимательно наблюдающих за этими испытаниями. Я окружен врагами, но не собираюсь показывать им свой страх.

Внутренности же скручивает от паники. Я волнуюсь сильнее, чем когда выходил на арену. Все детство я мечтал заслужить свое Сердце. Мечта стать Fidelis появилась у меня всего день назад, но уже значит для меня все.

Пока нервы напрягаются, я цепляюсь за прохладное присутствие Символа Железа внутри меня. Требуется каждая крупица самоконтроля, чтобы не втягивать в свое тело больше эссенции из окружающего меня океана. Я на грани срабатывания своего inhibitus. Тело движется с новой силой, словно оно полностью отдохнуло. Удары от кнута на спине больше не причиняют боли. Я их не чувствую — словно меня и не хлестали вовсе.

Пока спокойствие Железа окутывает, словно вторая лорика, моя концентрация сужается, пока мир не начинает состоять всего из двух вещей: центуриона-Fidelis из Второго легиона со знакомым лицом и реликвии.

«Обнажи меч», — командует он. Я делаю это, благодарный за то, что меня касается еще один источник железа. Это утешает. Офицер долго смотрит на меня, его взгляд перескакивает с вен immundus на мои глаза, неся в себе тот же жгучий вопрос. Я пока не знаю ответа. Но мы вот-вот узнаем его вместе. Я помог Маркусу и Феликсу придумать план, как пройти испытание, но у меня свой собственный план. Сегодня я узнаю, достоин ли я.

«Вперед».

Я киваю, поднимаю левую руку, привязанную к моему щиту, и вхожу в зону действия реликвии. Рука автоматона поднимается и обрушивается на мой щит с такой силой, что у меня вибрируют кости. Я ощущаю этот удар как физически, так и на символическом уровне. Эссенция изливается из моего Сердца, пока я укрепляю щит против атаки автоматона.

«Сгибайся», — кажется, шепчет он моему щиту. Он не говорит словами, но я улавливаю намерение, когда его воля пытается проникнуть в мою защиту и подвергнуть ее разложению.

«Выпрямись», — приказываю я, вливая свою волю в скутум. Атака длится мгновение, но кажется вечностью. Я шумно выдыхаю, когда связь между нами обрывается, и автоматон поднимает руку для нового удара.

Мой щит цел.

Я делаю вдох, одновременно втягивая воздух и эссенцию из железа, которое несу на себе. Я щедро растратил свои резервы, защищаясь от прошлой атаки, а значит, мне не грозит опасность спровоцировать inhibitus. Мое Сердце бурлит, насыщаясь, и я чувствую трепет, когда ошейник начинает затягиваться в качестве предупреждения. К тому моменту, как второй удар обрушивается на мой щит, я наполнен эссенцией так же, как и в самом начале.

Треск. Намерение реликвии теперь сильнее, и сила удара отбрасывает меня на шаг назад.

Выдержать. Вновь я чувствую, как эссенция вытекает из моих вен Кор, пока Символ Железа задействует волю для защиты целостности скутума. Вены горят, пока я подталкиваю их к новым высотам, используя активнее, чем когда-либо прежде. Затем все заканчивается — мы расходимся, и машина перезагружается. Я пользуюсь возможностью, чтобы втянуть еще больше эссенции, снова заполняя себя до краев.

Мой щит цел — я цел.

РАЗОРВАТЬ. Ощущение ошеломляющее, словно рев водопада, заглушающий все остальное вокруг. Его воля — чужеродная сила, врывающаяся в мой разум.

ИСПРАВИТЬ, командую я, заставляя свой scutum сшивать самого себя обратно воедино.

Мы по-прежнему целы.

Вдох.

Я выдержал три удара. Если бы я собирался следовать плану, который мы с друзьями разработали, то при следующем ударе я бы накопил эссенцию в своем Сердце и позволил автоматону разрушить мой щит. Но я не собираюсь идти по этому пути. Мне нужно узнать, смогу ли я поступить по-другому.

В моем Сердце Кор есть что-то необычное. Это очевидно, стоит лишь взглянуть на меня — белые вены rasa видны невооруженным глазом. Но есть еще одна подсказка, отраженная на лицах командиров и магистров, которые оценивали мой прогресс. Тень чего-то, что я не могу точно определить. Страх или благоговейный трепет, возможно.

Ни одного другого члена Двенадцатого не сдерживал inhibitus. Судя по выражению лица Гая, ни один рекрут никогда не делал этого, не надев лорику. По какой-то причине я отличаюсь от других, и сегодня хочу выяснить, насколько.

Мое Сердце по-прежнему переполнено эссенцией Железа. Мне не грозит ее исчерпание. Поэтому вместо того, чтобы позволить реликвии разрушить мой щит, я вливаю свою волю в скутум и сопротивляюсь.