«Главный магистр каждого города передаст нам свои рейтинги, и мы сами определим итоговые места студентов, как делали это всегда». В голосе молодого человека звенят ледяные нотки, когда он свирепо смотрит на совет. Он больше не колеблется — теперь, когда Первый легион обнажил сталь, ему это ни к чему.

«Как прикажет Императрица». Бронт плавно кланяется, уставившись взглядом в землю. Цензор хмыкает и поворачивается, оценивающе оглядывая моих одноклассников.

«Не унывайте, мэр», — говорит он небрежно. «Слышал, ваша дочь — выдающаяся ученица. Уверен, она оправдает ожидания. Начинаем завтра».

Глава 5

«Как они могли так с нами поступить?» — в ярости восклицает Валентина, шагая взад-вперед перед Маркусом и мной. Мы втроем забились в угол помещения, куда запихнули всех пятьдесят студентов из Сегесты. Стены здесь выложены из известняка, а пол засыпан точно таким же песком, как и на арене, что поджидает нас снаружи. Мне хочется разделить ее ярость, но я чувствую лишь оцепенение. Суровая реальность моего положения наконец-то начинает просачиваться сквозь мою упрямую черепушку.

Во время прошлой засухи Цензоры привезли в Сегесту на Сентенцию шесть Сердец Кор. Нынешняя же, должно быть, куда суровее, раз уж они объединили наше испытание с Никодемией. Подозреваю, что в своем году занимаю шестое место — Sextus. А это значит, что если бы я нигде не напортачил, то гарантированно забрал бы последнее Сердце.

Но теперь, с появлением новых соперников, мне придется подняться ближе к третьему месту — Tertius, чтобы иметь хоть какой-то шанс. И это если предположить, что их лучшие студенты того же уровня, что и наши. Я хорош, но не уверен, что настолько хорош — особенно на арене Лабиринта. Это худшее из всех возможных испытаний для меня, даже среди моих сверстников.

«Все будет в порядке», — твердо заявляет Маркус, пытаясь успокоить нас обоих. Здоровяк сейчас сосредоточен на получении своего Сердца как никогда прежде. Вид преторианцев явно что-то в нем перевернул.

«Ну еще бы тебе так не думать!» — огрызаюсь я на друга. «Из всех испытаний эти два идеально подходят именно тебе».

«Тогда тебе повезло, что у тебя есть такой союзник, как я», — Маркус улыбается нам обоим своей невыносимой улыбкой. «Просто держитесь за мной, и я приведу вас к нашим Сердцам».

Мы с Валентиной дружно стонем, но я не могу отрицать, что доля правды в его словах есть. По крайней мере, касательно рукопашной схватки. Если Цензоры вознамерились заставить нас драться с другим городом за место в испытании, я с радостью пойду за ним.

«Не знаю, насколько это сработает на арене Лабиринта», — замечаю я. «Нас же будут выпускать в разное время. Как мы там вообще сможем действовать сообща?» Это вопрос, который не давал мне уснуть почти всю прошлую ночь, с самого момента объявления Сентенции.

«Для начала нужно пройти отбор в финал», — отзывается Маркус, разминая руки. «Все по порядку, Кастор. А теперь давай, разомнись как следует».

Вокруг нас остальные сокурсники жмутся кучками, дожидаясь вызова на бой. Что-то подсказывает мне, что Валентина была не единственной, кому пришла в голову идея союза. Я вижу Джаспера и Сесилию, наших приятелей из таверны, стоящих в группе с Петром и Авлом.

И тут меня осеняет мысль, навеянная облаченными в пурпур преторианцами, что заполонили наш город.

С какой стати Никодемия должна забрать наши Сердца? Они явились на нашу Сентенцию, чтобы украсть наше благословение. Возможно, по воле императрицы они и соревнуются, но это не значит, что она хочет, чтобы они победили.

Сердце пускается вскачь, пока я обвожу взглядом помещение. Я знаю здесь каждого. Не все из них мне нравятся, но я знаю их всех. Толстошеий Клинтус, над чьим фиаско на волновой машине я насмехался, смотрит на меня с отвращением. Физический характер наших испытаний определенно играет ему на руку. Между нами нет особой любви, и все же я скорее предпочту увидеть со связью его, чем какого-то пришлого выскочку.

«Оставайтесь здесь», — шепчу я друзьям, вскакивая на ноги, взметнув фонтанчик песка. Я слышу, как они окликают меня, но уже трусцой направляюсь к ближайшей стайке студентов. По шороху песка я понимаю, что они идут следом. Мне не впервой ввязываться в какую-нибудь безумную авантюру.

«Чего тебе надо?» — бросает Авл, когда я равняюсь с их группой.

Его карие глаза смотрят тускло и безрадостно: знаю, он уже провел в уме те же математические расчеты, что и я. Остальные члены его компании поворачиваются ко мне, выражения их лиц выглядят столь же неприветливо.

«Да ничего особенного», — я примиряюще раскрываю ладони. «Просто мне в голову пришла одна мысль, которой я хотел поделиться».

«Ну это должно быть интересно», — бормочет Сесилия темноволосой девушке, сидящей рядом с ней. «Мысли от Кастора — что-то новенькое».