Репортёр нахмурился. — Полагаю, у него есть содержание, но скорее всего он давно перешёл на кредит. Обычное дело.

— Как отец узнал о его долгах?

Малдун пожал плечами. — Уверен, сэр Джайлс прекрасно знал, что его сын — мот. Этот человек умел выведывать чужие тайны. Вряд ли он оставался в неведении насчёт того, что творится в его собственном доме.

— Вы удивились бы, сколько людей понятия не имеют, что происходит у них под собственной крышей. — Кендра наклонилась вперёд и наколола вилкой кусок репы, политый маслом. — Кстати, всё, что мы обсуждаем за этим столом, остаётся не для печати.

На губах репортёра появилась хитрая улыбка. — Ну вот ещё…

— Мы не сможем говорить свободно, если будем знать, что завтра прочтём собственные слова в газете. — Не то чтобы Кендра собиралась особенно откровенничать при нём, но рамки следовало установить сразу. — Либо разговор остаётся частным, либо мы попросим мистера Флока завернуть ваш ужин, и вы унесёте его домой.

Малдун откинулся на спинку стула, разглядывая её. — Вы суровая женщина, мисс Донован. Я всего лишь бедный писатель, а вы мешаете мне добывать хлеб насущный. Хотите, чтобы я умер с голоду?

Сэм фыркнул. — Перебарщиваешь, парень.

— Таковы условия, — сказала Кендра. — Принимать или отказываться вам. — Когда он промолчал, она положила нож и вилку и начала подниматься. — Пойду позову мистера Флока.

— Хорошо! Хорошо! Договорились, мисс Донован. Но что я выясню в другом месте, тем распоряжусь по своему усмотрению, — предупредил он.

— Справедливо. Но если узнаете что-нибудь, имеющее отношение к расследованию, сначала принесёте это нам. Я не хочу находить сюрпризы в вашей газете. Договорились? Малдун ухмыльнулся.

— А вы будете держать меня в курсе?

— Да. — Возможно.

— Тогда договорились.

Кендра переключила внимание на Сэма. Сначала главное. — Полагаю, вы сообщили семье сэра Джайлса о его смерти?

— Ага.

— Удалось поговорить с мистером Холбруком?

Сэм проглотил то, что жевал. — Нет. Когда я приехал к леди Холбрук, мистера Холбрука дома не было.

— Как леди Холбрук восприняла смерть мужа?

— Конечно, была потрясена. Но женщина она, похоже, крепкая. В обморок не падала и рыдать без остановки не начала. — Сыщик с Боу-стрит пожал плечами. — По моему опыту, люди по-разному встречают плохие вести.

— Когда леди Холбрук в последний раз видела мужа?

— Вчера утром. Они завтракали вместе, прежде чем он уехал в свой кабинет в Уайтхолле.

— Ей не показалось странным, что муж не вернулся домой вчера вечером? — задумалась Кендра, но тут же отмахнулась от вопроса. Она прожила в этом столетии достаточно, чтобы усвоить привычки мужей и жён из высших кругов. Отдельные спальни были нормой, нередко — и отдельные жизни или, по меньшей мере, весьма отдалённые друг от друга. — В доме находился кто-нибудь ещё из семьи?

— Ага. — На губах Сэма появилась лёгкая улыбка. — Есть дочь. Я заметил её — пряталась за огромной урной.

Кендра нахмурилась. — Почему она пряталась? Немного странно.

— Девочке лет девять, если на глаз. Зовут Рут. Пряталась от няни. — Понятно.

— Кендра подняла бокал вина, обдумывая услышанное. — Другие дети есть?

— Живых нет, — ответил Малдун.

Фраза прозвучала жестоко и прямолинейно, но Кендра понимала. В этом веке многие дети просто не доживали до взрослого возраста. Её взгляд переместился на Ребекку. Свет свечей был к ней безжалостен, подчёркивая слишком много теней в оспенных рубцах. То, что она выжила, само по себе казалось чудом.

Сэм сказал: — Я поговорил с кучером сэра Джайлса. Он отвёз хозяина вчера утром в Уэстминстер, к его кабинету, а потом забрал около половины седьмого, как обычно. Высадил у клуба — это тоже было привычно по нескольку вечеров в неделю, в том числе вчера.

Кендра подняла бокал. — Кучер не приехал позже, чтобы отвезти сэра Джайлса домой?

— Сэр Джайлс сказал, что возьмёт наёмный экипаж.

— Это обычно? — Кендра медленно отпила смородинового вина. Как и многие домашние вина, оно оказалось неожиданно вкусным. И крепким. Она поставила бокал, а сыщик пожал плечами.

— Похоже, да. Кучер сказал, хозяин никогда не знал, насколько задержится в клубе. Сэру Джайлсу было проще поймать наёмный экипаж, а кучера отправить домой, чтобы им могла воспользоваться леди Холбрук.

— Насколько я знаю, он состоял в «Уайтс», — вставил Малдун. Он посмотрел на Сэма. — Вы расспрашивали клубного дворецкого?

Брови Сэма сошлись; участие репортёра в разговоре ему явно не нравилось. — Ага, — наконец ответил он, наколол картофелину, разрезал её пополам, положил большой кусок свежесбитого масла и размял вилкой. — Но я говорил только с дневным привратником. Он видел сэра Джайлса мельком, когда тот прибыл в клуб. Ночной привратник заступает только в половине седьмого. Сегодня вечером вернусь туда.