Она шагнула к доске и провела линию времени. — Мы знаем, что кучер сэра Джайлса высадил его у клуба около половины седьмого вечера. Тело нашли примерно в половине девятого утра следующего дня. Она посмотрела на проведённую линию. Между половиной седьмого вечера среды и половиной девятого утра четверга оставалось огромное пустое пространство. — После того как мистер Келли поговорит с ночным привратником клуба, мы, вероятно, сможем заполнить часть этого времени.

Короткий стук в дверь заставил герцога подняться из-за стола. Он ещё не успел сделать шаг, как дверь открылась и вошла леди Этвуд. Её взгляд скользнул к доске, губы сжались в тонкую неодобрительную линию. Затем она посмотрела на Ребекку.

— Мальчик вернулся с известием, что твои родители дома, дорогая. Я распорядилась, чтобы кучер Бенджамин подал карету.

— О. — Ребекка на мгновение выглядела разочарованной. Она поставила бокал с бренди и поднялась. — Наверное, мне следует к ним. Благодарю, миледи.

— Ты проводишь Ребекку, Сатклифф. — Леди Этвуд устремила на племянника стальной взгляд. — После этого карета отвезёт тебя домой. Я уже послала несколько слуг подготовить твой дом. — С нарочитой небрежностью она сняла пушинку с рукава. — Разумеется, они останутся у тебя, пока ты не вызовешь собственную прислугу из поместья в Нортгемптоншире.

Кендра сразу увидела расставленную графиней ловушку и почти восхитилась. Та ловко вытеснила племянника из дома герцога. Теперь не будет тайных визитов в спальню Кендры глубокой ночью. Они с Алеком всегда очень осторожно скрывали отношения, но Кендра не раз гадала, что именно подозревает графиня. По какой-то причине в замке Элдридж она явно закрывала глаза на их ночные встречи. В Лондоне этому, похоже, пришёл конец.

— Не знаю, как вас благодарить, миледи, — сказал Алек с непроницаемым лицом.

Если графиня и услышала острую, как бритва, нотку в голосе племянника, то предпочла её не заметить. — Помни, что я всегда действую в твоих лучших интересах. — Она выразительно посмотрела на него. — А теперь идите. Оба.

— Я провожу вас до двери, — сказала Кендра и отложила грифель.

Как только они вышли из кабинета и скрылись от орлиного взгляда леди Этвуд, Алек положил руку Кендре на плечо, заставляя её идти медленнее. Ребекка оглянулась через плечо, но продолжила путь.

— Моя тётка — назойливая старуха, — пробормотал Алек.

— По-моему, она стратег не хуже сэра Джайлса. Работай она в вашем Военном ведомстве, Наполеона, наверное, разбили бы гораздо раньше. — Кендра ткнула его локтем. — Вот что бывает, когда вы игнорируете вклад и способности половины населения.

— Если бы ты вышла за меня…

— Тс-с. Это невозможно.

— Вполне возможно, если бы ты не была такой чертовски упрямой.

— У тебя весьма своеобразный способ убеждать женщину.

— Кендра, — произнёс он, и она услышала раздражение в том, как прозвучало её имя, увидела его в жаре зелёных глаз, смотревших сверху вниз.

Не зная, что ответить, она промолчала. Они шли молча, и лишь когда начали спускаться по лестнице, Алек попробовал снова. — Может, я вернусь позже ночью. У меня есть ключ…

— Нет, — резко сказала Кендра и тут же понизила голос. — Слишком опасно. Я не хочу, чтобы какой-нибудь лакей пристрелил тебя, приняв за проклятого взломщика.

Они уже дошли до нижней площадки. Впереди ждал дворецкий с пальто, шляпой и перчатками Алека. Ребекка делала вид, что внезапно необычайно заинтересовалась розово-серым мраморным полом.

Стиснув челюсть, Алек взял у Хардинга шинель и надел её. Затем отвесил Кендре насмешливый поклон. — Добрый вечер, мисс Донован. Надеюсь, вы будете хорошо спать.

Кендра прикусила нижнюю губу, наблюдая, как Алек предложил Ребекке руку и они вышли в снежную ночь. Ребекка на мгновение бросила на неё быстрый оценивающий взгляд, но Алек ни разу не обернулся.

Кендра вздохнула. Заметив, что Хардинг смотрит на неё, она заставила себя собраться и пошла обратно к лестнице.

Её охватило чувство вины. Манёвр леди Этвуд, избавивший дом от Алека, удивил Кендру, но одновременно принёс облегчение. Потому что у неё уже возник план — и она прекрасно знала: если Алек узнает, что она собирается сделать, он приложит все силы, чтобы её остановить.

12

Сэм Келли втянул голову в плечи, защищаясь от холода и непрерывно падающего снега, пока ждал у служебного входа самого закрытого джентльменского клуба в городе. Десять минут назад он постучал в парадную дверь «Уайтс», но ему велели обойти здание и ждать ночного привратника сзади.

Сэма забавляла ирония: клуб, ведущий происхождение от итальянского иммигранта Франческо Бьянко, когда-то подававшего горячий шоколад под вывеской «Шоколадный дом миссис Уайт», сегодня не впустил бы в свои возвышенные двери едва ли не большинство первых посетителей. Конечно, «Шоколадный дом миссис Уайт» давно исчез, когда владельцы поняли, что обслуживать лондонскую элиту выгоднее, чем наливать какао обеспеченной публике — и, если верить слухам, нескольким дорожным разбойникам, чьи ночные занятия обеспечивали им тугие кошельки.