Умник. Уголки губ Кендры дрогнули. Она пока не знала, что думать об этом человеке, но его дерзкая лёгкость казалась освежающей в эпоху, где светский этикет сдерживал каждое слово.

Ребекка, очевидно, придерживалась другого мнения. Она хмуро смотрела на Малдуна, поджав губы с таким неодобрением, что странным образом напомнила Кендре леди Этвуд.

Кендра подошла к столу, взяла бутылку виски и указала на одно из вёдер. — Доктор, вы не против, если я воспользуюсь этим?

— Конечно.

— И можно одолжить полотенце? — Это было ещё одно её решение: привнести немного современности в секционную XIX века.

— Разумеется. Мистер Бартс. — Хотя просьба явно озадачила Манро, он кивнул ученику, и тот поспешил к шкафу и достал для неё узкую полоску грубого льняного полотна.

— Спасибо. — Понимая, что теперь все смотрят на неё с недоумением, Кендра откупорила виски, наклонила бутылку над ведром с грязной водой и облила спиртным сначала одну руку, затем, переложив бутылку, другую. Пары алкоголя были настолько сильными, что на несколько мгновений перебили запах смерти.

— Зубы Господни, девочка, что ты творишь? — Сэм за её спиной почти взвыл от ужаса. — Ты переводишь добрый виски!

Манро склонил голову набок, рассматривая Кендру. — Потеря моего виски меня не огорчает, но мне всё же любопытно, почему вы моете им руки вместо того, чтобы пить, мисс Донован.

Кендра поставила бутылку и взяла тряпицу, промокая ладони. Что сказать? И чего не говорить? Она знала, что микробы и микроорганизмы изучались ещё в Древнем Риме, но пройдёт ещё около пятидесяти лет, прежде чем британский врач Джозеф Листер поймёт, что дезинфицирующие и антисептические средства можно применять для предотвращения распространения инфекций. И даже тогда врачам понадобится ещё несколько лет, чтобы принять результаты его исследований.

На помощь пришёл герцог. — Мисс Донован разделяет теорию мистера Ричарда Брэдли о том, что заразные болезни распространяются ядовитыми насекомыми, которых можно обнаружить лишь под увеличительным стеклом микроскопа.

— А-а. — Черты Манро расслабились, и он кивнул. — Я читал работу мистера Брэдли и нашёл его гипотезу занятной. Однако медицинское сообщество отвергло его теории.

— Это ещё не значит, что он неправ, — сказала Кендра. Она бросила тряпицу. Виски был не тем же самым, что медицинские антисептики её времени, но ей всё же стало чуть спокойнее, когда она надела пальто и перчатки. Можно вытащить девушку из XXI века, но XXI век из девушки не вытащишь…

— Вы советуете мне отныне мыть руки виски? — спросил Манро. — Чтобы убивать ядовитых насекомых, если они имеются на моей персоне?

Сэм что-то пробормотал себе под нос; Кендра не расслышала слов, но настроение уловила прекрасно.

Она не сводила глаз с доктора. — Думаю, это отличная идея после вскрытий.

Он явно удивился её ответу, а затем задумчиво посмотрел на бутылку виски, оставшуюся на столе. Кендра развернулась и направилась к двери. Доброе дело сделано, подумала она. Она передала крошечный кусочек знания из будущего — знания, которое однажды спасёт миллионы жизней. Возможно, оно спасёт доктора Манро или Бартса от тяжёлой болезни. Или не даст им заразить других.

Но не спасает ли она человека, который по ходу истории должен был умереть? И не изменит ли это будущее? Как почти со всем в этом времени, узнать было невозможно.

10

Сорок минут спустя они удобно устроились в отдельной комнате трактира «Фонарь» — старого, раскидистого здания времён Тюдоров, которому куда больше подошло бы стоять посреди леса, чем на многолюдной лондонской улице. В камине весело трещал огонь, приятно контрастируя с лёгким снегом, который начал падать за окнами. Молодая служанка ходила по затенённой комнате и наполняла кубки домашним вином из чёрной смородины, а сам хозяин, мистер Флок, большим обвалочным ножом отрезал толстые ломти ростбифа.

В свете свечей лезвие поблёскивало. Кендра невольно вспомнила, как убийца вырезал сэру Джайлсу язык.

Но даже эта жуткая картина не смогла заглушить урчание в животе, когда комнату наполнили аппетитные запахи ростбифа и гарниров — отварной ботвы репы и картофеля. Единственным небольшим разочарованием было отсутствие свежего тёмного хлеба, который стал её главной кулинарной слабостью.

Кендра дождалась, пока всем наполнят тарелки, а мистер Флок и служанка выйдут, и только после этого повернулась к репортёру. — Итак, мистер Малдун. Расскажите всё, что знаете о мистере Холбруке. О сыне.

— Что именно вы хотите знать?

— Начнём с самого простого. Сколько ему лет?

Малдун поджал губы, берясь за нож и вилку. — Двадцать четыре, кажется.

— Чем он занимается?

— Занимается?

— Да. Как зарабатывает на жизнь. — Кендра отрезала кусок ростбифа. — Откуда он брал деньги на азартные игры?