— Что произошло в Испании, капитан Мобрей?

Он молчал.

— Эверт жив, — повторила она. — Он убил сэра Джайлса и лорда Кросса. Пауза. — Вы следующая цель.

Это заставило его повернуться. Лицо затвердело. — Вы ошибаетесь, — сказал он, хотя губы, кажется, слегка дрогнули. — Я сам видел взрыв и пожар. Выжить было невозможно.

— Согласно отчётам, вас держали в палатке. Как вы могли сами видеть взрыв и пожар? Откуда знали, что Эверт оказался внутри?

Он снова отвернулся к окну. Кендра решила, что ответа не будет, но наконец Мобрей заговорил: — Если Эверт Ларсон жив, почему ждал два года, прежде чем вернуться?

— Хороший вопрос. Но странно, что вы не задали самого очевидного.

— Какого ещё очевидного вопроса? — резко спросил он.

— Почему я? — Кендра внимательно следила за ним и увидела, как сжался рот. — Люди, считающие себя несправедливо обиженными, всегда спрашивают это. Может, вы не спрашиваете потому, что точно знаете, почему Эверт выбрал вас. Что произошло в Испании?

— Ничего, будь вы прокляты, — прошипел он.

Когда карета остановилась, Мобрей явно испытал облегчение. Он внезапно наклонился вперёд, так близко, что Кендра увидела холод его серых глаз — как кусочки грязного льда. — Вам следует прекратить эти расспросы, мисс Донован. Он распахнул дверцу и вышел. — Это опасно.

— Звучит как предупреждение, — сказала Кендра, двигаясь следом. — Правда всё равно выйдет наружу. И расследую не только я.

— Я даю вам здравый совет… Какого дьявола?

Кендра увидела ужас на лице Мобрея за мгновение до того, как услышала позади себя скрежет подошвы. Слишком поздно она поняла свою ошибку. Мышцы напряглись, она начала разворачиваться, собираясь ударить ногой, но в следующую секунду мир взорвался болью. Перед глазами вспыхнуло красное, а затем всё раскололось и провалилось во тьму.

48

Полы шинелей Алека и Сэма хлопали на бегу, когда они взлетели по ступеням особняка герцога и без церемоний ворвались внутрь. Они резко остановились, увидев герцога и Хардинга перед Снейком. При их внезапном появлении герцог обернулся, и что-то в его глазах пронзило Алека страшным предчувствием. Он инстинктивно оглядел холл в поисках Кендры.

— Где Кендра? — резко потребовал он.

Герцог выпрямился. — Не думаю, что есть повод для тревоги, — сказал он, хотя лицо оставалось беспокойным. — Снейк и Кендра пошли к Медведю…

— К Медведю! Желудок Алека сжало льдом. Эта женщина сведёт его с ума. Он схватил Снейка за тонкую руку, с трудом удержавшись, чтобы не встряхнуть. — Какого дьявола она туда пошла? Где она?

— Эй! Отпустите! — Снейк попытался вывернуться, но Алек держал крепко.

— Алек, отпусти ребёнка! — приказал Элдридж.

Алек потащил мальчика к двери. — Веди меня к ней. И если этот ублюдок хоть волос с её головы тронул, клянусь Богом…

— Алек, прекрати! — крикнул герцог.

— Она уже не у Медведя, хозяин! — выкрикнул Снейк, продолжая бороться. — Как увидела его татуировку, сразу велела мне идти сюда и рассказать вам, важным господам, что случилось.

Алек остановился, но руку не отпустил. — О чём, во имя Господа, ты говоришь?

Сэм нахмурился. — Девочка хотела посмотреть татуировку Медведя? Зачем?

— Отпусти мальчика, — снова сказал герцог, ловя взгляд Алека. — Кендра узнала нечто важное. Знак — не распятие. Это руна.

— Нод Хис… так она называется, — сказал Снейк.

Герцог посмотрел на него. — Да, полагаю, название немного другое. Но Снейк говорит, что она означает выживание, силу воли и судьбу. Я думаю…

— Эверт Ларсон жив, — перебил Алек и махнул рукой на потрясённое лицо дяди. — Я знаю.

— Как…?

— Сейчас неважно. Он снова повернулся к Снейку. — Если она не у Медведя, куда поехала?

— Успокойся, мой мальчик, — сказал герцог. — Снейк сказал, что она отправилась спасать человека от убийства. Очевидно, речь о капитане Мобрее. Алек уже шагнул к двери, но герцог окликнул: — Подожди! Возможно, она уже возвращается домой.

— Тогда ничего страшного, если мы съездим зря, верно? Алек молился, чтобы именно так и было. Лучше выглядеть идиотом, гоняясь за Кендрой, чем сидеть на заднице и ждать её возвращения как полный болван.

— Я с вами! — крикнул Сэм и побежал догонять маркиза.

— Возьмите карету! — крикнул вслед герцог.

— Ого! — Снейк уставился на герцога. — У вас всегда так весело, ваша светлость?

Элдридж посмотрел на мальчика, пока Хардинг спешил закрыть дверь. — Только последние шесть месяцев, Снейк.

К тому времени, когда Алек и Сэм выпрыгнули из кареты перед домом Мобрея, начал идти лёгкий снег. Вдалеке слышался шум движения, но Сэквилл-стрит была почти тихой, если не считать двух щёголей, пьяно бредущих по тротуару, обняв друг друга за плечи.