— Немного, — сказал он, поворачиваясь.

Его низкий голос заставил меня вздрогнуть.

Мгновение спустя я услышала его слова.

— Немного? — переспросила я. — В смысле, ты немного читаешь мои мысли?

— Да.

Я попыталась улыбнуться, но это была скорее нервная гримаса, чем искренняя реакция. Он не улыбнулся в ответ, так что, возможно, почувствовал это. Честно говоря, я не знала, как реагировать на его слова. Опять же, для меня это не ощущалось угрозой, хотя, наверное, должно было.

Когда я снова посмотрела на него, его взгляд оставался серьёзным, и он изучал пламя за стеклянной стеной.

— Послушай, — сказала я. — Не думай, что я не благодарна тебе за сегодняшний вечер, потому что это не так. Я правда благодарна, так что прости, что не сказала этого раньше.

Я замолчала, ожидая, что он посмотрит на меня.

Он этого не сделал.

Сделав ещё один вдох, я продолжила.

— Я никогда раньше не общалась с видящими, — сказала я. — Они все такие, как ты?

— Такие, как я? — он повернулся, слегка нахмурившись. — В каком смысле?

Я прикусила губу и пожала плечами.

— Я не хотела тебя обидеть. Это просто… похоже, ты не очень-то ладишь с людьми, даже когда умеешь читать мысли. И эта женщина сегодня… Джуэл? Она была очень вежлива, но не очень прямолинейна. Поэтому я надеюсь, что не обижу тебя, если просто прямо скажу кое-какие вещи. Там, откуда ты родом, так не принято?

Он нахмурился ещё сильнее. Затем покачал головой.

— Прямолинейность — это хорошо, — сказал он.

Я кивнула, вздохнув.

— Ладно, окей. Тогда я просто скажу это. Если ты действительно хочешь поговорить со мной, мне нужны слова. Тебе не обязательно читать мои мысли, завораживать меня или что-то в этом роде. Я расскажу тебе всё, что ты захочешь узнать. У меня нет причин этого не делать. Из всего, за что меня могли бы сегодня «поймать», ты оказался бы в гораздо худшем положении, чем я…

Он невесело фыркнул.

Когда я замолчала, он махнул мне рукой, чтобы я говорила дальше.

— Продолжай.

Я вздохнула, проводя пальцами по волосам.

— В общем-то, на этом всё. Я просто хотела добавить, что я твоя должница. Так что я бы всё равно рассказала тебе всё, что ты хочешь знать, независимо от того, связано это с расовыми преступлениями или нет. И я никому ничего о тебе не расскажу. Когда-либо. Даже если из-за этого я попаду в тюрьму.

Я помолчала, а потом вспомнила кое-что ещё.

— …Хотя имя мне бы не помешало.

— Я назвал тебе имя, — сказал он.

— Тогда настоящее. Не может быть, чтобы тебя звали Саймон. Та видящая в фетиш-баре даже не смогла произнести это с невозмутимым видом.

Он нахмурился ещё сильнее.

Я подумала, что он снова замкнётся в себе, но он бросил на меня слегка озадаченный взгляд, пожал плечами и снова сделал один из своих неопределённых жестов. Я заметила, что на его мизинце было кольцо. Оно блестело серебром, но на нём не было никаких надписей.

— Ревик, — выдохнул он. — Дигойз Ревик.

— Ревик? Это твоё имя?

— Да.

Я скрестила руки на груди, слегка поморщившись от боли в спине.

— Что ещё мне нужно о тебе знать? Ты ведь на самом деле не СКАРБ, верно?

Он хмыкнул и перевёл на меня взгляд.

— Нет, — ответил он.

Я ждала продолжения. Он ничего не пояснил.

Я посильнее откинулась на диванные подушки и снова поморщилась, устраиваясь поудобнее.

— Ладно. Что ж, думаю, теперь мне следует сказать тебе, что я действительно вымотана… Ревик. О чём таком ты хочешь поговорить, что нельзя отложить на время после душа, аспирина, нескольких часов сна и примерно литра кофе? Или ты боялся, что я обращусь в полицию? Или что меня схватят, как только меня засекут камеры наблюдения? Ты боялся, что я свяжу нас обоих с той сценой в парке?

Выражение его лица стало серьёзным. Я снова заметила в нём напряжённость, как раз перед тем, как он неопределённо махнул той же рукой.

— Хорошо, — сказал он. — У меня проблема.

— Проблема посерьёзнее того, что нас с тобой может задержать СКАРБ по подозрению в расовых преступлениях и/или терроризме? — спросила я. — …Или полиция Нью-Йорка за убийство?

— Это другое, — ответил он, снова искоса взглянув на меня.

Он больше ничего не сказал, и я вздохнула.

— Ревик… серьёзно. Я изо всех сил стараюсь не заснуть ради того, о чём бы ты ни хотел поговорить, но я уже валюсь с ног от усталости. Если ты не начнёшь говорить прямо сейчас, то скоро получишь храпящую женщину на своём диване.

Кивнув, он скрестил руки на груди и повернулся ко мне.

— Хорошо, — его взгляд и голос стали серьёзными. Я также услышала, что его акцент усилился. — Это было большой ошибкой с моей стороны. Всё это, — словно заметив недоумение в моих глазах, он добавил в качестве пояснения: — …Инцидент, Элли. Я бы предпочёл, чтобы мои кураторы об этом не знали. По крайней мере, не в полной мере.