Он повторял моё имя всю ночь, но я впервые осознала, насколько это фамильярно и как он его произносил. Он произносил его так, будто знал меня, будто мы были друзьями, а не встретились только что.

Хотя, может быть, после сегодняшнего вечера мы и правда стали друзьями.

Или кем-то вроде того.

В любом случае у меня тоже имелось к нему несколько вопросов.

— Хорошо, — сказала я.

Я увидела, как он расслабился.

Он повернулся боком, позволяя мне вновь увидеть стеклянные двери отеля. Последовав за его вежливым жестом, я пошла сама, оглянувшись, когда он последовал за мной. Я по-прежнему двигалась медленнее обычного, слегка стиснув зубы от боли в бёдрах и руках.

Ещё я вдруг осознала, что иду босиком, в одежде, которая, возможно, и подходила для клуба, когда была безупречной в семь вечера, но в такой обстановке, особенно в столь поздний час, больше напоминала наряд потрёпанной проститутки.

К тому же я была вся в саже, и лицо, наверное, было перепачкано копотью.

Я даже не хотела думать о том, как выглядят мои волосы и макияж.

Но больше всего меня мучила боль.

Особенно болели руки, которые до сих пор ощущались так, будто стали на несколько сантиметров длиннее, чем должны быть.

Он снова взял меня за руку, как раз когда мы подошли к стеклянным дверям. Я увидела, как один из швейцаров оглядел меня, перевёл взгляд на видящего, приподняв бровь, а потом выражение его лица стало отсутствующим.

Вместо этого он улыбнулся видящему отрешённой улыбкой.

— Добрый вечер, сэр, — бодро поздоровался мужчина.

— Добрый вечер, — сказал видящий, кивая.

Я взглянула на другого швейцара и увидела на его лице такое же отсутствующее выражение. Он не смотрел ни на кого из нас, а уставился в сторону парка.

Я всё ещё таращилась на них обоих, когда черноволосый видящий крепче сжал мою руку, ведя меня через стеклянные двери. Как только мы оказались в вестибюле, вместо того, чтобы отпустить меня, он притянул меня ближе и обнял за талию, как только я оказалась рядом с ним.

В тот раз я не могла не почувствовать в этом жесте желание защитить.

Он провёл меня через четырёхэтажный вестибюль прямо к ближайшему ряду лифтов. Когда мы проходили под хрустальными люстрами, мимо настенной мозаики, изображающей красивый белый дом на холме, поросшем белыми деревьями, я заметила, что на нас вообще никто не смотрит.

Глава 25. Нормальная жизнь

Он остановился на шестьдесят третьем этаже.

Это был второй по высоте этаж в отеле.

Пока мы поднимались в лифте, видящий пробормотал, что нас никто не побеспокоит.

Он сказал, что на верхних этажах есть собственный консьерж, что они спроектированы скорее как жилые помещения с обслуживанием, а не как гостиничные номера, хотя их можно использовать и в том, и в другом качестве. Когда я спросила об этажах, номеров которых не было на панели лифта, он ответил, что там находится штаб-квартира какой-то навороченной технической компании и туда можно попасть только на другом лифте с помощью специального ключа.

После этого он перестал разговаривать.

Казалось, что мы целую вечность поднимались до верхних этажей.

Конечно, я бывала в зданиях и повыше — от бара на крыше здания «Чёрной Стрелы» в Сиэтле до Эмпайр-стейт-билдинг, где я побывала буквально вчера в качестве туриста — но не думаю, что когда-либо поднималась в гостиничный номер на такой высоте.

Он по-прежнему чувствовал себя неловко в моём присутствии.

Я видела, как он прислонился к латунным перилам лифта, избегая моего взгляда, и на его лице читался смутный дискомфорт.

Когда мы вышли из лифта, вокруг царила полная тишина.

Он молча взял меня за руку и повёл по левому коридору.

Пока мы шли, я обратила внимание на две вещи. Во-первых, в стене было очень мало дверей. Во-вторых, все двери, которые я видела, располагались только с левой стороны, и это навело меня на мысль, что стена между двумя коридорами была возведена скорее для уединения, нежели по какой-то конструктивной необходимости.

Он подвёл меня к самой последней двери.

Отпустив мою руку, он открыл дверь с помощью ключа-карты, которую достал из бумажника, и сканера отпечатков пальцев. Замок щёлкнул, когда он убрал палец, и дверь приоткрылась. Он взялся за ручку и рывком распахнул дверь, после чего вежливо пригласил меня войти.

После секундного колебания я последовала внутрь.

Сделав всего несколько шагов, я остановилась и оглядела просторное помещение.

Оно было больше, чем моя квартира в Сан-Франциско, которую я снимала вместе с соседкой.

На этом возможность сравнивать эти два помещения практически заканчивалась.