ВЫ НЕ ОБРАЩАЛИСЬ В ПОЛИЦИЮ ИЛИ ФБР. ЕСЛИ ОБРАТИТЕСЬ, ОНА УМРЁТ. НЕ СВЯЗЫВАЙТЕСЬ С СЕМЬЁЙ ПОЛА ТАННЕРА. ЗАВТРА УТРОМ РЕШИТЕ ВОПРОС С ДЕНЬГАМИ. ДОКТОР КЛЕЙБЕРН ДОЛЖЕН ПРИБЫТЬ В ПАРИЖ К СУББОТЕ ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ. ЗАБРОНИРУЙТЕ ОТЕЛЬ «МЕРКЮР» У ЛИОНСКОГО ВОКЗАЛА. МЫ СВЯЖЕМСЯ С ВАМИ ЗАВТРА В ДЕСЯТЬ УТРА ПО ВОСТОЧНОМУ ВРЕМЕНИ.

Они не сводили глаз с экрана, ожидая нового сообщения, новых подсказок, новых доказательств, что с Челси всё в порядке. Но экран погас, и наконец они выдохнули.

Сэм нашёл банку пива, задвинутую вглубь холодильника. Посмотрел на этикетку, увидел, что срок годности истёк ещё в прошлом году, и открыл её.

Доктор Лоуэлл спросил:

— Тебе это действительно нужно?

— Да, пап, нужно, спасибо. Сейчас мне понадобится несколько таких банок. Тебе бы тоже выпить не помешало.

— Сомневаюсь. Мне почему-то хочется сохранить ясную голову. — Сэм презрительно взглянул на отца. Больше советовать выпить не стал.

Лоуэлл изредка выпивал бокал вина по субботам, но никогда в будни. Алкоголь и умение оперировать несовместимы. Джастин много лет назад отказалась от спиртного ради здоровья и порой с излишним благочестием относилась к своей трезвости. А Сэм всё ещё оставался студентом, который немало времени проводил по обе стороны барной стойки.

Джастин сказала:

— Значит, они знают, что мы не звонили в ФБР. Как они могут это знать, Сэм?

— Взломали телефоны, наверное, оба ваших мобильных. Вообще-то это не так сложно. Обычному человеку, конечно, не под силу, но ребята явно толковые. Одно то, как они устроили зашифрованную почту, о многом говорит. Если занимаешься похищениями ради больших выкупов, нужно уметь играть по современным правилам с новейшими игрушками.

— Они нас слышат? — спросил Лоуэлл.

— Давайте считать, что да. По крайней мере, телефоны. Очень сомневаюсь, что они поставили жучки в доме.

— Спасибо, Сэм, — сказала Джастин. — Рада это слышать.

Наступила долгая, тяжёлая пауза; они невольно оглядели кухню и кабинет. Наконец Лоуэлл сказал:

— Нужно обсудить звонок Таннерам. Полагаю, эти дешёвые телефончики нельзя отследить.

— Именно поэтому я их и купил, пап.

— Разве это не слишком опасно? — спросила Джастин.

— Наверное, но хотя бы подумать об этом надо, — сказал Лоуэлл. — Пол — их сын, их ребёнок, и они в таком же ужасном положении, как мы. Разве ты не хотела бы знать, что твоего ребёнка похитили?

Сэм сказал:

— Конечно. Но вам не кажется, что они, чёрт знает кто такие, скоро сами свяжутся с Таннерами? Смотрите, всё это, похоже, ради денег, ради выкупа. Они думают, что захватили двух богатых американцев и получат за них несколько миллионов баксов. С Таннерами свяжутся через несколько часов. — Он сделал большой глоток пива и добавил: — К тому же надо исходить из того, что телефоны Таннеров они тоже взломали.

— Согласна, — сказала Джастин. — Пока просто подождём и будем выполнять их указания. Если понадобится, передумаем. Зачем они требуют, чтобы ты приехал в Париж?

Сэм и Лоуэлл покачали головами, затем Сэм сказал:

— Наверное, хотят безупречную передачу без полиции поблизости. Увидим Челси, убедимся, что с ней всё хорошо, и тогда переведём деньги, скорее всего в какой-нибудь сомнительный офшорный банк. Её отпустят. Но сначала мы должны увидеть её собственными глазами. Хватаем её и первым же рейсом летим в Штаты. Если всё пройдёт гладко, полиция не вмешается, а мерзавцы совершат идеальное преступление.

Джастин спросила:

— А когда сообщим в полицию? Никогда?

— Не знаю, мам. Я этим впервые занимаюсь. Давай думать о полиции, когда она будет дома и в безопасности.

Они долго обдумывали такой сценарий, но ни один из троих не был уверен ни в одной своей мысли. В голове всё перепуталось. Страх парализовал.

Сэм пошёл искать ещё пива, а когда ничего не нашёл, присоединился к родителям в кабинете. Джастин неподвижно лежала на диване с закрытыми глазами, сложив руки на животе. До десяти следующего утра оставалось почти одиннадцать часов — целая вечность. Мысль о том, чтобы попробовать поспать, казалась нелепой. Пока минуты тянулись, они понимали, что не делают для спасения Челси решительно ничего. Люди, привыкшие действовать и добиваться результата, вдруг оказались без дела. И беспомощными.

Не открывая глаз, Джастин сказала:

— Мы можем хотя бы обсудить звонок в ФБР? Нам нужна помощь.

Сэм ответил:

— Конечно. Почему нет? Надо же о чём-то разговаривать. Допустим, сумеем позвонить так, чтобы никто не услышал. Кому звонить? Я лично никого в ФБР не знаю. Почти одиннадцать вечера четверга; сомневаюсь, что в здании Гувера за стойкой сидит диспетчер и принимает экстренные звонки. Допустим, мы всё-таки дозвонимся и сюда явятся пара агентов с визитом на дом, а мы им всё объясним. Что дальше?

Лоуэлл сказал:

— У них нет юрисдикции, нет полномочий. Преступление, каким бы оно ни было, произошло в другой стране. Здесь ФБР придётся связываться с французскими властями и так далее, а мы понятия не будем иметь, что происходит. Подключится Госдепартамент. Слишком много людей.