Гоффу немедленно сообщили об этом, и он передал новости Калли Пратту. Через несколько минут Пратт прислал письмо с точными реквизитами перевода. Несмотря на субботу, частный банк в Сингапуре был открыт и ожидал срочного перечисления.

 

Нэш находился в металлической клетке в тёмной комнате. Он отогревался под слоями вонючих одеял, грубых на ощупь, словно мешковина. Он понемногу открывал глаза, взгляд обретал резкость, но связать хотя бы пару мыслей воедино не получалось. Первой ясной мыслью была вода, способная утолить мучительную жажду. Запястья и щиколотки оставались связанными и онемевшими, хотя болели уже не так сильно. Или он просто перестал воспринимать боль? Он не мог вспомнить, когда ел в последний раз. Не представлял, сколько прошло времени и где он находится. Шея затекла и болела от уколов. Сколько его держали под препаратами?

Где Рэй Клэр и что с ней делают?

Щёлк-щёлк. Считать до трёхсот. Щёлкнуть ещё раз.

Не слишком-то эти крошечные жучки помогли. Но что у него ещё оставалось? Может, где-то кто-то слушает.

Щёлк-щёлк.

 

C-140 задрожал, когда запустились двигатели. Он дёрнулся и с грохотом прокатился к дальнему концу двухмильной полосы, а затем взлетел, как черепаха, решившая перейти на бег. С трудом оторвался от земли и набрал высоту.

На борту командир снова собрал бойцов на инструктаж. Закончил словами:

— Готовьтесь прыгать, парни.

На высоте шести тысяч футов они прыгнули и быстро сблизились в свободном падении. На высоте двух тысяч футов разошлись, раскрыли парашюты и приземлились единой группой. Два транспортных борта сели в пятистах ярдах. Их встретила разведгруппа и сообщила всё, что к тому времени знала. До цели оставалось около трёх миль, но её не было видно. Похоже, сверху она была тщательно замаскирована. Беспилотники выходили на позиции.

 

В лагере «Эхо» несколько грубиянов вытащили Стюарта Нэша из клетки и принялись толкать. Со связанными запястьями и щиколотками он едва мог шевелиться. Ему накинули на голову мешок и вытолкнули наружу: босые ступни коснулись песка. Он поднял ногу на ступеньку, и кто-то приказал:

— Залезай!

Его дёрнули за локоть. Он хотел закричать, но вместо этого рухнул на скамью. Видимо, оказался в кузове грузовика. Машина тронулась.

Кто-то кашлянул, и Стюарт спросил:

— Здесь есть кто-нибудь?

— Кто ты? — Голос принадлежал американцу.

— Зак Пикок. А ты?

— Пол Таннер.

— Пол Таннер. А двое других где?

— Здесь, — отозвался один из них. — Алан Шенген.

— А я Джейсон Снайдер, — прозвучал третий голос.

— Рад, что вы живы. У меня на голове мешок, ничего не вижу. У вас тоже?

Грузовик подпрыгнул на ухабе, и тела пленников ударились друг о друга.

— Да, у нас тоже мешки.

— Молчать! — рявкнул другой голос.

— У мерзавца ружьё, — пробормотал Таннер.

— Куда нас везут? — спросил Стюарт.

— Молчать!

Грузовик, похоже, очень спешил. Водитель не сбрасывал скорость ни на поворотах, ни на ухабах, и четверо американцев ругались, налетая друг на друга.

Щёлк-щёлк. Считать до трёхсот. Выключить.

* * *

Беспилотник обнаружил лагерь. С высоты ста ярдов инфракрасные камеры осмотрели строения — всего шесть. К нему присоединился второй беспилотник. Наблюдатели не видели признаков жизни. Под навесом стоял частично скрытый грузовик. «Морские котики» окружили лагерь и ждали, не появится ли кто-нибудь. Пять минут, десять, пятнадцать. Поступил приказ входить и обыскивать здания. Над дверью первого была табличка «ЛАГЕРЬ „ЭХО“».

Рядом с первым зданием бойцы застыли, уставившись на ужасное зрелище. На верёвке, натянутой между двумя столбами, висела фигура. Казалось, женщина, в высокой чёрной шляпе, какую могла бы носить ведьма, и длинной чёрной мантии, спускавшейся ниже ног.

Здания оказались пусты. Капитан доложил командиру. Бойцы собрались вокруг неподвижно висевшей женщины; лицо её скрывала маска. В Ситуационной комнате, на авианосце и на авиабазе наблюдали за происходящим в реальном времени.

* * *

Грузовик остановился после долгого часа езды. Задний борт с грохотом опустился, и человек с ружьём рявкнул:

— Вылезайте!

Он схватил Нэша, сидевшего ближе всех, и швырнул на землю. Песок был глубоким и горячим.

— На колени! — потребовал он, ударив каждого прикладом.

Все четверо были охвачены ужасом.

— Не делай этого, подонок! — сказал Пол.

— Они будут гнаться за тобой хоть до самого ада, — сказал Джейсон.

— Через год ты будешь мёртв. Не делай этого! — сказал Алан.

Неподалёку хлопнула дверца машины.

Тянулись секунды. Четверо американцев дёргали связанными руками и готовились к тому, что должно случиться.

— Не делай этого, — снова взмолился Пол.