— Ты приехал сюда с заданием от правительства?

— Нет, клянусь.

Он щёлкнул коренными зубами как раз в тот момент, когда вода вновь ударила в лицо. Инстинктивно стиснул зубы и задержал дыхание, но скоро опять стал захлёбываться. Целый час допроса за столом не дал Набиду ничего из того, что ему требовалось. Чутьё, интуиция и паранойя боролись друг с другом, но в конечном счёте было ясно: планы придётся менять. Услугами Бенуа он больше не воспользуется, а Марсель и Тулон будет обходить стороной.

Он вонзил иглу Стюарту в шею, и тот скоро затих. Его погрузили в другой фургон и помчались прочь от Марселя на восток. В рыбацкой деревушке Кот-д’Ирис они ждали в промозглой холодной темноте у гавани, пока наконец не появился капитан. От капитана пахло ржаным виски; он был в отвратительном настроении и потребовал всю плату наличными вперёд. Набид отсчитал деньги и спросил о возможных пунктах назначения. Пока матрос заполнял топливные баки судна, Стюарта в деревянном ящике погрузили на борт. Ни капитан, ни матрос не поинтересовались содержимым. Оба, похоже, слишком тревожились из-за погоды. На море бушевали штормы, и испытывать судьбу не стоило — во всяком случае, не в такой час.

Их действия привлекли внимание служащего в будке начальника порта на причале. Тот подошёл с фонариком и спросил капитана, что они делают. Капитан увёл его прогуляться вдоль пирса и в конце концов дал пятьсот евро — его недельный заработок. Начальник порта предупредил о погоде, затем унес деньги в будку, выключил свет и отправился домой.

Было половина первого ночи, гавань опустела. Капитан тянул ещё час, ссылаясь на неисправность двигателя, а на самом деле ждал, пока море утихнет. Но волны становились выше, ветер усиливался. Наконец шестидесятифутовое грузовое судёнышко отвалило от причала и вскоре оказалось на бурной воде. Капитан предупреждал, что идти будет тяжело. Набид и его люди спустились вниз и пытались согреться.

Кетамин отпускал. Стюарт лежал в тёмном деревянном ящике, в холоде и сырости, связанный и в наручниках. Качка, крен, стук двигателей, плеск воды о палубу. Он понял, что находится в море. Подступила сильная тошнота, но организм был так измучен, что он не представлял, чего ждать дальше. Он стиснул зубы, стараясь не вырвать.

Зубы. Пока что блестящая технология, придуманная кем-то на Ферме, оказалась пустышкой. Он снова щёлкнул, посчитал, подождал, ещё раз щёлкнул, посчитал, подождал. Теперь батарея наверняка села. Питание кончилось.

Он подумал о Рэй Клэр и взмолился, чтобы с ней обращались так же, как с Челси, Бет и Милли. Немного неудобств, много страха, достаточно еды и воды, никаких издевательств, потом освобождение. Требование выкупа быстро уладят. Ни её семью, ни его семью не будут извещать. Во всяком случае, таким был план. Десятки сотрудников ЦРУ уже готовы были броситься в дело, как только поступят известия от похитителей. На его поиски отправили небольшую армию.

Планы. Только вот сейчас эти планы, кажется, не работали.

* * *

Сигнал первым обнаружил французский фрегат в двухстах милях к юго-востоку от Корсики. Корабль уходил от штормов и направлялся к более спокойным водам у базы в Тулоне. Сигнал был слабым, на него не обратили бы внимания, но всем французским судам в Средиземном море приказали следить за неожиданными радиосигналами и таинственными передачами. Извещение разослали шесть часов назад. Почему? Никто не знал, и объяснений не было. Известно было одно: американцы внезапно проявили к западной части Средиземного моря куда больший интерес, чем обычно.

Командир фрегата связался с базой и сообщил о сигнале, который к тому времени уже пропал. Определить его местоположение в темноте, под плотной облачностью было всё равно что метать дротик с завязанными глазами. По наиболее вероятной оценке, источник сигнала находился примерно в ста милях к югу от Тулона и двигался на юг.

Американское командование направило два крейсера и два разведывательных спутника.

Глава 60

Вопрос «Как нам удалось потерять двух человек, за которыми мы следили?» неизбежно возникнет, и обсуждать его будут ещё долгие годы. Но сейчас тратить на это время было бессмысленно. Они исчезли!

В пятницу ровно в восемь утра Тревор Киф и его люди по приказу вошли в напряжённо притихшую комнату в подвале Белого дома и сразу ощутили накал обстановки. Президент завтракал в Бостоне с несколькими спонсорами и отменить встречу не мог, но его сотрудники оставались на телефонной связи и передавали всё происходящее в реальном времени. По комнате слонялись другие сотрудники, с трудом скрывая панику: разворачивался очередной террористический кризис, в котором, без сомнения, обвинят их команду.

За длинным столом сидели мрачные люди в мундирах, с грудью, увешанной наградами. Тревора Кифа, однако, они не пугали: он и сам носил форму. По нему стреляли в бою. В большинство генералов — нет.