— Да.

— Почему?

— Потому что я никогда не думала, что всё это может существовать, — её сердце споткнулось, когда она добавила: — Никогда не думала, что ты можешь существовать.

Он шагнул ближе, пальцы коснулись её ключицы, прокладывая дорожку мурашек до самого шрама на груди.

— Какое-то время меня и не существовало. Целый год ты обо мне не помнила.

— Не совсем.

— Как? Ты не могла помнить ничего из этого, — спросил он, наклоняясь ближе, пока его дыхание не смешалось с её.

Живот у девушки перевернулся так, словно она падала. Во рту пересохло, она тяжело сглотнула и сказала:

— Это правда, но ты всё равно всегда был рядом. Зуд жажды приключений где-то на краю сознания, звук твоего смеха, эхом звучавший в моих снах, призрачное прикосновение твоих губ к моим всякий раз, когда я ложилась ночью. Я не знала, что это было, но тосковала по чему-то, чего не могла вспомнить. По тебе.

Его дыхание сбилось, глаза смягчились, пока выражение снова не ожесточилось.

— Когда ты вернулась, ты сбежала от меня.

— Ты гнался за мной.

— Раньше тебе это нравилось.

— Ты знаешь, в этот раз всё было иначе, — сказала Холли, и он замолчал, поэтому она добавила: — Ты ведь тоже не пришёл за мной, когда я ушла.

— Я посылал свою тень… иногда, — пробормотал он. — Я не мог встретиться с тобой лично. Потому что ты…

Китт осёкся и глубоко вдохнул, стиснув зубы. Ему не нужно было договаривать.

— Ты тоже разбил мне сердце, — прошептала она, и голос надломился. — Знаешь, я бы никогда не ушла, если бы ты не сделал то, что сделал. Я любила это место, пока не узнала, что ты пытал мою сестру.

— Нет, — оскал заострил черты его лица. Холли почти никогда не видела, чтобы он смягчался, даже когда рядом не было никого, перед кем нужно было играть роль. — Венди сказала мне, что ты хочешь уйти. Что у неё есть планы на тебя. Ты должна была уехать, дебютировать в обществе, повзрослеть и выйти замуж.

Она фыркнула и оттолкнула его пальцы от своей груди, ненавидя то, как почти незаметно подалась навстречу его прикосновению.

— Знаешь, мне уже порядком надоело, что мне рассказывают, что я собиралась делать. Ты ни разу не спросил, хочу ли я всего этого. Всё это хотела Венди. У меня не было никакого интереса занимать своё место в обществе или возвращаться к семье, и ты должен был это знать. Разве не поэтому ты привёл меня сюда в ту ночь? Потому что увидел, что я потеряна. Потому что я больше не хотела быть там? И всё же ты поверил моей сестре и даже не спросил меня. Хотя какая разница? Я всё равно вышла замуж, разве нет?

Он поморщился.

— На несколько минут. Кейда больше нет. Его забрало море.

— Тогда почему я до сих пор чувствую тягу его магии в груди?

— Он мёртв! — рявкнул Китт, хотя девушка была уверена, что он пытался убедить в этом скорее себя, чем её.

Едва заметный всплеск силы после их клятв всё ещё оставался. Наверняка он бы растворился, если бы Кейда больше не было, как и их брачная связь с ним. Кейд не должен был выжить в Морях Времени, не без корабля и не так долго, а Китт узнал бы в тот миг, когда он ступил бы на Невер.

Так почему она всё ещё чувствовала пирата?

— Довольно догадок, — сказал Китт, резко вдохнув. — Это касается тебя и меня.

— Именно, — сказала Холли, отступая назад. — Это касалось нас, но теперь замешана моя сестра. Если бы ты не поверил Венди, Уоррен всё ещё был бы здесь. Я бы не ушла! Мы никогда не сможем вернуться к тому, как всё было.

Его губы дрогнули, но он снова взял себя в руки. Холли была рада хотя бы тому, что её слова хоть немного на него подействовали.

— Если это правда, тогда почему ты сказала, что хочешь остаться? — спросил он.

Она напряжённо выдохнула, зажала нижнюю губу зубами и прикусила. Девушка не могла остаться, не после всего, что он сделал, даже если безумная часть её этого хотела. Китт не должен был этого знать. Ей нужно было заставить его снова поверить в них, так же как когда-то он заставил поверить её.

— Потому что, может, я люблю страдать, — наконец сказала она, пожав плечами, надеясь, что этого замечания хватит, чтобы его умиротворить.

Он мрачно усмехнулся, ветки хрустнули под ногами, когда он сделал к ней один длинный шаг.

— Ты хочешь, чтобы я тебя наказал?

Холли вскинула подбородок, отказываясь разрывать зрительный контакт.

— Тебе от этого станет легче?

— Да.

— Это не вернёт Потерянных, — добавила она, и он поморщился. — Твоё влияние на них сломалось. Теперь тебе действительно придётся заслужить их уважение и любовь, вместо того чтобы полагаться на свою магию и их верность за то, что ты был их спасителем.

— Ты ничего не знаешь об их верности.

Он был опасно близко. Рука дёргалась. Дыхание хрипело. Она не отступила, находя слова, свернувшиеся где-то в глубине горла: