Что-то в уверенности и мягкости голоса Кейда заставило её насторожиться, словно он забросил крючок в тихую воду и ждал, когда она клюнет. Холли протянула руку, взяла кольцо и один раз перевернула в пальцах, прежде чем положить обратно.

— Я подумаю, — сказала она.

Кейд улыбнулся, но эта улыбка так и не достигла его глаз, и откинулся на спинку стула. Он взял пальцами ещё одну ягоду, откусил её от стебля, медленно прожевал, смакуя так, что у девушки скрутило нутро. Кейд слизал сок с каждого пальца, его порочный язык обвил каждый из них. Когда закончил, сказал:

— Не торопись, Куколка. Папочка никуда не уйдёт.

ГЛАВА 13

КИТТ

Китт сидел на верхушке дерева и смотрел, как солнце опускается за горизонт, ни на миг не выпуская этот богами проклятый корабль из виду. Все Потерянные приходили проверить, как он, но он не был настроен на компанию.

Он ждал.

— Ждёшь чего? — спросила Ава.

— Разумеется, когда наша дорогая Холли уснёт.

— И что ты тогда сделаешь?

Чего он хотел? Дерьмо, он и сам не знал. Но, чтобы её успокоить, ответил:

— Мы немного поболтаем. Она и я.

Это было несколько часов назад. Когда требовалось, он умел быть терпеливым.

Ава спрашивала, чего он хочет от Холли, почему ждёт и что будет делать дальше.

Ответ, стоявший на первом плане в его разуме, был таким: заставить её почувствовать ужас, равный той ярости, которую он ощутил, когда она его предала. Войти в любой сон, который сотворил её предательский маленький разум, и напомнить, что нет ни одного царства, куда она могла бы уйти и куда он не последовал бы за ней. Он хотел увидеть, как эта язвительная улыбка сползёт с её лица, когда Холли поймёт, что корабль Кейда не создал между ними ни сантиметра настоящего расстояния.

Корабль покачивался на воде внизу, и он следил за палубой прищуренными глазами. Холли нигде не было видно, но он почувствовал тот миг, когда она уснула. Холли всегда была его луной, а он следовал за ней и поднимался ей навстречу, как прилив. Так было раньше. Теперь он ненавидел, что всё ещё чувствует это притяжение её подсознания, заманивающее его к её медово-сладкому запаху, словно умирающего — к оазису.

Когда-то они не могли вынести разлуки даже на время сна. Китт находил её во снах, чтобы даже в ночные часы они всё равно могли быть вместе.

Эта мысль тронула давно мёртвую струну в его душе, и вибрация, которую она послала, растопила кусок его замёрзшего сердца. Часть его хотела её смерти, но другая? Та, что знала, что Кейд действительно может преуспеть в этом начинании? Она жаждала её спасти.

Или, возможно, он просто хотел убить девушку сам. Да, на этом он и остановится. Если Холли суждено умереть, то от его руки. Не от руки Кейда.

Он закрыл глаза, ухватился за ту нить её сна, которую знал так хорошо, и вдохнул. Нить ожила так, как не оживала с тех пор, как она ступила с его острова и забрала с собой половину тепла Мисторна.

Кейд думал, что, удерживая её на воде, держит её вдали от него, вне досягаемости. Даже в безопасности.

Китт почти рассмеялся.

Ему не нужно было пересекать море, чтобы найти Холли, не нужна была пыльца фей, корабль или что-либо из тех жалких вещей, которые Кейд столетие копил против него. Ему нужно было только это: часть её, всё ещё живущая в его грудине, как заноза, которую он пока не вытащил.

Китт сжал нить и последовал за ней в сны Холли Дарлинг.

Лагуна материализовалась вокруг него, и он фыркнул. Конечно, именно здесь она будет видеть сны. Холли Дарлинг никогда не могла ни черта для него упростить. Из всех богами проклятых мест на этом острове или вообще во всех царствах она бросает их в единственное место, где они были счастливы.

Он ждал у линии деревьев и позволил глазам привыкнуть к солнцу, сиявшему ярче любого света, который Мисторн видел за последний год. Серебристо-голубой свет рябил по воде, сияющий так, словно кристалл под ясным небом.

Но не это привлекло его внимание.

Холли стояла у кромки воды спиной к нему, босыми ступнями на мху, дикие золотистые волосы струились по спине, свободные пряди колыхались в мягком ветерке вместе с белым платьем, которое было на ней. Вид её, стоящей в их лагуне, послал по позвоночнику Китта дрожь, которую он ненавидел.

Из всех мест, которые могли ей присниться, почему именно это? Если она так его ненавидела, после всего, что он с ней сделал, почему её подсознание привело её туда, где они нашли столько радости друг в друге?

Сейчас он не мог об этом думать. Это сделает его мягким, а мягким с Холли он не мог себе позволить быть. Особенно теперь, когда она находилась на вражеской территории.

Китт вышел из укрытия и направился к ней. К тому времени она уже вошла в воду, погрузилась под поверхность и вздохнула, когда прохладные капли омыли её согретую солнцем кожу.

Когда она обернулась и увидела, что он идёт, выражение её лица едва не стало его погибелью.