— Железы! — сказал он с таким восторгом, будто я предложил ему жениться. — Парень, ты меня радуешь. Ты даже не представляешь, как ты меня радуешь. Позволь, я расскажу тебе, как это будет выглядеть. Каждый день в Яме чистят скорпикорные клетки. Потроха — на свалку. В потрохах — железы. Железы — в свалку. А на рынке одна железа стоит два золотых. Два! Это, как если бы ты каждое утро выбрасывал в помойку золотую монету, а потом жаловался, что денег нет. И вся Яма — вся! — делает это годами, потому что яд дохнет за час, и никто не умеет его хранить. Я уже молчу про другие реагенты, поставку которых можно наладить. И ты, парень, решил показать Яме, что ты мужик и по-тихому торговать. А умеешь хранить железы? Конечно, не умеешь, иначе зачем бы ты спрашивал рецепт, да? Ты пытаешься. Руки обжёг, всё понятно. Направление... направление правильное.

Он ткнул в меня пальцем с кольцом.

— Сколько желёз ты можешь добывать?

— Десять в неделю — минимум. В теории.

— Десять, — повторил Варг, и я видел, как за маленькими глазами щёлкают цифры. — Десять по два золотых. Двадцать в неделю. Восемьдесят в месяц. Минус мои расходы, минус алхимик, минус...

— У тебя есть алхимик?

— У меня есть всё, парень. Алхимик, покупатели, склад, люди, которые носят и не задают вопросов. Вопрос не в том, есть ли у меня — вопрос в том, есть ли у тебя. А у тебя пока что нет ничего, кроме обожжённых рук и хорошей идеи.

Он откинулся на стуле.

— Значит, так. Рецепт я тебе дам. Не из доброты — из расчёта. Мёртвый поставщик мне не нужен, а ты без рецепта сдохнешь — это мы выяснили по твоим рукам. Но рецепт — это аванс. А за аванс я беру проценты. Первые десять желёз — мои. Бесплатно. Проверю качество, налажу канал, познакомлю с алхимиком. Считай вступительным взносом.

— Две, — сказал я.

Варг моргнул.

— Что — две?

— Две железы бесплатно. Не десять. Этого достаточно, чтобы проверить качество и познакомить с алхимиком. Десять — это неделя моей работы, которую ты получаешь за «знакомство».

Улыбка Варга не пропала, но стала тоньше.

— Парень, — сказал он мягко, почти ласково. — Ты пришёл ко мне. Без товара, без денег, без имени. Я мог бы сейчас сказать «приходи, когда будет что показать» — и ты бы ушёл ни с чем. Вместо этого я предлагаю тебе рецепт, канал и покупателя. А ты торгуешься?

— Потому что десять — это грабёж, и ты это знаешь, — сказал я ровно. — Две на проверку. Дальше — делим.

Кара сидела рядом, и вдруг заёрзала — глаза перебегали от меня к Варгу и обратно.

— А он мне нравится, — Варг повернулся к девушке и расплылся в улыбке. — Знаешь, последний раз со мной так торговался один рыбак с восточного берега. Пришёл продавать акулью печень, я ему говорю — десять процентов мне, он говорит — три. Я говорю — восемь, он говорит — три. Я говорю — ладно, пять, он говорит — три. Мы проспорили четыре часа, выпили два кувшина, и в итоге сошлись на четырёх. Четырёх! За четыре часа! Знаешь, что я понял? Что с упрямыми людьми нужно работать, а не спорить. Потому что упрямые — надёжные. Они и в деле будут упираться так же, как в торге.

Кара негромко, против воли, фыркнула. Уголок её губы дрогнул. Варг заметил и победно ткнул пальцем в её сторону:

— Вот! Видишь? Сестра согласна!

— Сестра ничего не говорила, — отрезала Кара, но глаза у неё чуть потеплели.

— Ладно, — Варг повернулся ко мне. — Три. Три железы бесплатно. И это моё последнее слово, потому что через стенку сидит Гильда, и, если я заставлю её ждать ещё десять минут — она меня убьёт, а Гильда, поверь мне, страшнее любого скорпикора.

Три. Не две, как я хотел, но скидка огромная.

— А после трёх? — спросил я.

— После трёх — делим. Шестьдесят пять мне, тридцать пять тебе.

— Наоборот.

— Ха! — Варг хлопнул себя по колену. — Наоборот, говорит! Парень, ты знаешь, сколько стоит алхимик? Сколько стоит человек, который будет брать твою железу и не задавать вопросов? Сколько стоит моё имя, которое открывает двери, в которые ты даже постучать не можешь?

— Знаю. Но без меня у тебя нет товара.

Варг замолчал и посмотрел на Кару, потом снова на меня.

— Шестьдесят пять — тебе, тридцать пять — мне, — сказал он. — Но. Если объём вырастет до двадцати в неделю — пересматриваем. Мои расходы растут с объёмом, и, если ты думаешь, что я буду работать в минус из любви к твоим красивым обожжённым рукам — ты ошибаешься.

Шестьдесят пять процентов от двадцати золотых в неделю. Тринадцать золотых. За месяц — пятьдесят два. Это отличный старт.

Даже если Варг привирает на треть, даже если алхимик берёт больше, даже если половина желёз окажется бракованной — это всё равно был прорыв.

— Работаем, — сказал я.

Варг протянул жирную руку. Я пожал — ладонь горела от ожогов, но хват был крепким.