Я пнула камешек на дороге, испытывая легкое смущение от того, что делюсь с ним своим ботанским прошлым.

— Я помнила ее слова все эти годы и до сих пор обязательно навещаю ее каждый раз, когда приезжаю домой. Просто надеюсь, что когда-нибудь смогу изменить жизнь хотя бы одного ребенка так же, как она изменила мою.

Остин обнял меня за плечи и прижал к себе боком.

Живот тут же сделал маленькое сальто.

— Я уверен, ты уже меняешь жизнь не одного из них, — сказал он и отпустил меня.

Я прочистила горло.

— А ты? Почему бои?

Взгляд Остина мгновенно закрылся, и на секунду я решила, что он вообще не ответит.

— Когда я рос, мы с отцом часто смотрели бокс. Мы были вдвоем. Мама ушла, когда мне было три. Денег постоянно не хватало, но отец брал дополнительные смены, чтобы платить за секцию и экипировку.

От его признания у меня защемило сердце.

Каждый раз во время таких разговоров мне открывалась еще одна маленькая часть того, что сделало Остина таким мужчиной, каким он был сейчас.

— Когда я стал старше, ММА как раз начал набирать популярность, и мы подсели уже на него. Он был на каждом моем поединке. Менялся сменами, работал по две подряд, делал все что угодно. Но всегда приходил. Я всем ему обязан. Ненавижу, что теперь ему сложнее приезжать на мои бои, но в Мичигане ему хорошо.

Как раз когда Остин закончил говорить, мы добрались до вершины холма, и перед нами внезапно раскинулся весь Лос-Анджелес.

Я не удержалась и сжала его ладонь.

— Похоже, он потрясающий человек.

— Так и есть.

Голос Остина стал немного хриплее, нервнее.

— Как и его сын, — тихо сказала я и еще раз сжала его руку, прежде чем отпустить.

Остин повернулся ко мне.

— Когда мы познакомились, я вел себя с тобой как мудак.

Я рассмеялась.

— Чистая правда. Про себя я называла тебя злым горным мужиком. Но со временем ты мне даже понравился.

Он громко расхохотался и сгреб меня в крепкие объятия.

Мы оба были потные и липкие, но мне было все равно.

Его руки вокруг меня ощущались одновременно как тот самый провал в животе на американских горках и как возвращение домой.

Я чувствовала, как у моей щеки бьется его сердце, а когда он заговорил, вибрация его голоса прошла по всему моему телу.

— Как же я рад, что ты дала этому злому горному мужику второй шанс.

Я запрокинула голову, устроив подбородок у него на груди.

— Ты доказал свою полезность. Например, когда мне понадобилась помощь с той ужасно упрямой банкой соленых огурцов. Хотя я почти уверена, что сама ослабила крышку перед тем, как отдать ее тебе.

— М-м.

— Или когда мне понадобился кто-то очень высокий, чтобы добраться до перегоревшей лампочки в моей квартире.

— То есть, по сути, ты сейчас говоришь, что меня можно заменить стремянкой и парой дополнительных упражнений на верх тела.

— Хм-м, если так подумать…

Остин отпустил меня и легонько толкнул.

— Ах ты мелкая вредина.

Я ухмыльнулась.

— Наперегонки вниз?

Он покачал головой.

— Нет. Потому что ты обязательно запнешься о собственные ноги, а мне потом придется везти тебя в травмпункт, где тебе наложат штук двадцать швов на лицо.

Вот же засранец.

Я уставилась на него с открытым ртом, а сама уже мысленно продумывала месть.

— Я не настолько безнадежна.

Остин фыркнул.

Фыркнул!

Все. Месть будет легендарной. Например, подмешать ему розовую краску для волос в шампунь.

— Ну конечно, Зажигалка. Как скажешь. Как скажешь.

* * *

— Ты опять как-то странно ходишь. Снова тренировалась с Мистером Мускулами? — раздался у меня за спиной голос Тейлор, пока я ковыляла через парковку.

Я повернула к ней голову.

— Вчера он заставил меня бегать по холмам. По холмам, Тейлор.

Она низко рассмеялась.

— Да ты, должно быть, в него влюблена. Меня ни один мужчина не заставит бегать в гору, если я не втрескаюсь в него по уши.

Я сбилась с шага, а желудок ухнул куда-то вниз.

Я не была влюблена в Остина.

Да, меня к нему тянуло, но мы были друзьями. Влюбиться в Остина — верный рецепт катастрофы.

Я заставила себя снова идти нормально.

— Нет. Просто я, видимо, слишком добрая подруга, которой легко сесть на шею, — с нарочитой легкостью отозвалась я.

— Ну-ну, подружка. Как скажешь.

— Эй, дамы!

Мы с Тейлор обернулись и увидели бегущего к нам Кайла Дэвиса. Кайл тоже работал в нашей школе учителем и преподавал на несколько лет дольше нас с Тейлор. Он был симпатичным, такой классический красавчик из загородного клуба. К тому же невероятно добрым и чуточку ботаником.

Жаль только, что рядом с ним мой живот не порхал хотя бы вполовину так сильно, как рядом с Остином.

Но нет.

— О чем болтаете? — спросил он.

— О внезапно проснувшейся любви Картер к бегу, — со смешком ответила Тейлор.

Лицо Кайла просветлело.