— Нет, спасибо. Я наелась. — Она берет бумажную салфетку из заполненной доверху деревянной подставки на столешнице посреди островка. — В этом… в этом вообще есть хоть какой-то смысл?

— Есть. — Я бросаю взгляд через весь дом на заднюю дверь, выходящую на поле площадью в два гектара, которое служит нам задним двором.

Солнце садится, превратившись в массивный оранжевый шар, пронзенный высоченными соснами. За линией деревьев пасутся олени, их изящные копытца ступают по глубокому снегу, а уши поворачиваются из стороны в сторону, как спутниковые тарелки. Дует резкий ветер, поднимая снежные вихри.

Я делаю паузу.

— Хочешь бокал вина или виски?

— Я бы не отказалась от виски.

Я беру бутылку и два бокала и иду впереди нее к дивану. Я сажусь в угол секции, с одного края, чтобы у нее было достаточно места решить, насколько близко ко мне она хочет сесть. Я протягиваю бокал Морган, которая вместо того, чтобы сесть рядом, подходит к перилам террасы и любуется видом, делая глоток.

Я не могу не любоваться видом и сам, хотя смотрю вовсе не на деревья или полевые цветы. Совершенно беззастенчиво я любуюсь задницей Морган. На ней темно-синие джинсы в обтяжку, которые, судя по всему, являются легинсами и подчеркивают изгибы ее бедер, ягодиц и бедер. Коричневые кожаные ботильоны на массивном каблуке прибавляют ей пять сантиметров роста, а бледно-розовый свитер из тонкой шерсти имеет достаточно глубокий вырез, чтобы продемонстрировать декольте; я не думаю, что на ней есть бюстгальтер, учитывая, как отчетливо проступают ее соски сквозь мягкую шерсть.

Она поворачивается и бросает на меня взгляд через плечо, ловя меня на том, что я не свожу глаз с ее задницы. Уголок ее губ понимающе приподнимается.

— У тебя прекрасный вид.

— Никогда не надоедает, — бормочу я, колеблюсь, а затем решаюсь. — У меня отсюда тоже открывается весьма впечатляющий вид.

Улыбка становится шире.

— Ной, — бормочет Морган. — Лестью можно всего добиться.

— Всего?

Она медленно подходит к дивану и садится рядом со мной – не совсем вплотную, но достаточно близко, чтобы придвинуться, просто переместив вес. Поставив бокал на колено, она смотрит на меня.

— Может, и не всего. Но многого.

— Это не лесть, Морган. Ты великолепна. Правда.

Она опускает подбородок к груди.

— Спасибо. — Выдох. — Изящно принимать комплименты – не самая сильная моя сторона.

— Ты отлично справляешься.

Прошло очень, очень много времени с тех пор, как мне приходилось думать о том, как подкатить к кому-то в подобном контексте. Мы оба привлекаем друг друга. У нас обоих есть потребности и желания. Мы были открыты и честны в отношении этих желаний. Но теперь, когда она здесь, в моем доме, доме, который я построил и делил с Тейлор, я напуган до чертиков. Как действовать? Предложить фильм? Просто поцеловать ее?

Я не хочу, чтобы она думала, что это единственная причина, по которой она здесь. Но, с другой стороны, именно она предложила «Нетфликс и чиллить» и утверждала, что знает подтекст этой фразы. Она делает глоток, искоса бросает на меня взгляд и сглатывает.

— Ну.

Я издаю тихий смешок.

— Я сижу здесь, как придурок, пытаясь придумать, как вести себя круто во всей этой ситуации. Не думаю, что у меня получается.

Морган смеется слишком громко и прикрывает рот рукой.

— О боже. Я такая нелепая. Я тоже явно не веду себя круто.

— Тогда нам и не нужно быть крутыми, — говорю я. — Я нервничаю, ты нервничаешь. Но… ничего не должно обязательно случиться, Морган. Мы можем посмотреть фильм и просто… побыть вместе. Просто поговорить.

Она качает головой.

— Я не хочу просто разговаривать, Ной. Ты мне нравишься. Меня тянет к тебе. Очень, очень сильно. Сильнее, чем к кому-либо на моей памяти. Я просто… Я…

Я делаю глоток и отставляю бокал в сторону, поворачиваюсь к ней и кладу руку ей на колено.

— А что, если мы начнем с этого?

Она кладет свою руку поверх моей.

— Меня это устраивает.

Ее рука тянется к моему колену, неуверенно дрожит, зависает, а затем ложится на него. Ее ладонь обжигает сквозь джинс, посылая искры вверх по ноге прямиком в мою нервную систему. Мое сердце бешено колотится.

Часть меня требует, чтобы я уже поцеловал ее, а другая часть отстраняется, чувствуя тяжесть прошлого в этом доме, невидимого призрака моей жены в каждой комнате. Я не знаю, смогу ли сделать это здесь.

— Ной?

Я вскакиваю на ноги, подхожу к стеклянной раздвижной двери.

— Прости, я…

Морган идет за мной, встает рядом.

— Поговори со мной.

Я выбираю рассказать жестокую правду.

Глава 9

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

——————————

МОРГАН

Я слышу, как Ной сглатывает, чувствую эмоциональное смятение, исходящее от него, словно волны жара от раскаленного асфальта.