Ной надежно играет весь матч, лидируя в своей команде по броскам в створ. Его стремление совершенствовать свои навыки и физическую форму принесло свои плоды – Стэн Хиббард, который убежал от Ноя в отрыв в прошлом году, пытается сделать это снова, но Ной догоняет его еще до того, как Стэн успевает пересечь синюю линию. Однако Ною дают штраф за задержку клюшкой, что является вопиющей несправедливостью и вызывает неодобрительный гул на скамейке запасных и у половины зрителей.

Оставшись в меньшинстве из-за того, что Ной отбывает штраф, команда пожарных с трудом сдерживает натиск полицейских в большинстве. Тэг сталкивается с двумя нападающими, которые атакуют зону пожарных, теряет шайбу и спотыкается. Не успевает он подняться, как нападающие забрасывают шайбу за ворота, провоцируя жесткую потасовку. Хиббард перехватывает шайбу, пасует через зону Лэнкфорду, защитнику команды полицейских, который ведет шайбу и уворачивается, чтобы дать своей команде время подготовиться к розыгрышу. Штраф Ноя заканчивается, но он выходит на лед слишком поздно – пас летит от Лэнкфорда к Хиббарду и обратно, своевременный силовой прием выносит Тэга справа от ворот, и Хиббард забивает шайбу в нижний левый угол, прямо над щитком Дельгадо. Дориан Дельгадо – вратарь пожарных, отец Доминика Дельгадо, который тоже стоит на воротах в команде Ноя до 14 лет, и муж Деллы, владелицы ресторана «У Дельгадо» на Главной улице.

Дориан оседает на колени, опустив голову, а затем берет себя в руки, достает шайбу и бросает ее судье. Товарищи по команде окружают его, пока полицейские празднуют гол, выводящий их вперед.

Ноэль призывает сменить звено, игроки возвращаются на скамейку, садятся и принимают бутылки с водой от пацанов из юниорской команды до 14 лет, пока свежие силы выходят на лед.

Остаток второго периода проходит в упорной борьбе: пожарные с новой силой атакуют ворота, а полицейские защищают свое преимущество и пытаются его увеличить. И все же исход игры решают вратари: Дельгадо делает несколько впечатляющих сейвов, в том числе отбивает шайбу, отскочившую от его клюшки, за мгновение до того, как она пересекает линию ворот, – как раз в тот момент, когда раздается свисток, возвещающий об окончании второго периода.

Муж Алайны – просто машина по доставке пива, а это значит, что к началу третьего периода я уже навеселе. Мы с Алайной хихикали, как школьницы, почти всю игру и сами того не заметили, что каждый раз, когда шайба оказывалась у Ноя, мы начинали подбадривать его, как сумасшедшие. Сначала это делали только мы. Потом к нам присоединились другие болельщики, и теперь, на третьей-четвертой минуте третьего периода, каждый раз, когда шайба касается клюшки Ноя, половина стадиона взрывается шумным ликованием. Игроки пожарной команды считают это чертовски забавным, и парни на скамейке запасных быстро становятся самыми громкими, к большому удовольствию Ноя.

Несколько человек, болеющих за полицейских, пытаются повторить то же самое со Стэном Хиббардом, но это не приживается и быстро затухает.

К середине третьего периода счет по-прежнему 1:0, пожарные отчаянно пытаются переломить ход игры, агрессивно оттесняя шайбу на территорию противника и стараясь удержать ее там, нанося удар за ударом по воротам и борясь за шайбу за воротами.

Наконец, за четыре минуты до конца основного времени Тэг, Картер и Суарес выстраиваются треугольником слева и справа от ворот, Суарес в центре, у синей линии, и начинают перебрасываться шайбой по хорошо отработанной схеме, заставляя защитников метаться из стороны в сторону, а Дюшена – крутиться на месте, пытаясь не упустить шайбу из виду. За воротами Маккензи и Ной с трудом прорываются сквозь заслон защитников полицейской команды, чтобы присоединиться к игре перед воротами.

И тут начинается настоящий ад.

Из-за ворот раздается громкий крик; разъяренный Маккензи – настоящий гигант, который летом участвует в соревнованиях по силовому экстриму – отбрасывает перчатки и бросается на одного из игроков, из его носа хлещет кровь. Ной влезает в середину драки, а затем начинается свалка, где все игроки упираются и оттаскивают друг друга, игнорируя свистки судей, пытаясь добраться до центра событий.

После минуты хаоса игроки разбредаются в разные стороны, их расталкивают и тянут за собой товарищи по команде и судьи. Когда толпа расходится, лицо Маккензи залито кровью, а у Ноя заплыл правый глаз и идет кровь из носа.

И он взбешен.

Сэмпсону и Маккензи с трудом удается оттащить его, и, хотя я не могу разобрать, что он говорит, очевидно, что он вне себя от ярости.

На то, чтобы все уладить, убрать лед, перевязать окровавленных игроков и восстановить порядок, уходит несколько минут. Два игрока из обеих команд, в том числе Маккензи и Ной от пожарных – получают удаления за драку, оставляя обе команды в формате три на три.

Следующие пару минут проходят жестоко. Очевидно, что напряжение велико, а нервы на пределе после драки, и хотя кулаками больше не машут, силовые приемы проводятся с зубодробительной жесткостью, а борьба за шайбу превращается в грязные разборки.

Когда штрафы истекают, Ной и Маккензи с новой силой бросаются в бой.