– Я представляю, что бедный Натаниэль – раб лунного зова, в то время как я полностью контролирую свои превращения. Ему просто не хватает внутренней стойкости, чтобы стать настоящим оборотнем. Что касается того, чего я хочу... – она обнажает клыки, и они блестят в лунном свете. – Съесть тебя, дитя, вот чего я хочу.

– Подумай еще раз, девочка-волчица, – говорю я, направляя на нее винтовку.

И нажимаю на спусковой крючок.

Раздается оглушительный грохот выстрела, но Корделии уже нет. Она убежала так быстро, что исчезла в ночи за долю секунды до того, как я выстрелила.

Фантастика. Там, в темноте, бегает сумасшедший оборотень с волчьими глазами, которые позволяют ей видеть в темноте. Я? У меня нормальные глаза, и я понятия не имею, куда делась Корделия.

Волк Натаниэля скулит. Его глаза закрываются.

Он умирает? Нет, нет, нет, я должна спасти его. Но как? Я наклоняюсь, чтобы прижаться щекой к его плечу, и медальон касается моей кожи.

«Скоро тебе понадобится его сила, хранительница судьбы волка».

Голос старого шамана шепчет эти слова в моем сознании, и внезапно я понимаю, что мне нужно сделать. Я сжимаю медальон, закрываю глаза и молюсь, чтобы Натаниэль не умер. Энергия обжигает мою кожу. Я задыхаюсь, когда жар разливается по телу, словно тысячи крошечных иголочек пронзают мою плоть.

Энергия покидает меня, и я смотрю на волка Натаниэля.

Его рана исчезла. Не просто зажила, а исчезла, словно ее никогда и не было. Однако его глаза все еще закрыты. И он больше не волк, а снова человек.

Тень нависает надо мной сзади.

– Огромное тебе спасибо за то, что вылечила его, – говорит Корделия. – Натаниэль нужен мне живым, чтобы все шло по моему плану.

Прежде чем я успеваю среагировать на то, что она стоит у меня за спиной, Корделия хватает меня за горло и поднимает в воздух. Я болтаюсь в ее руке, сжатой вокруг моей шеи, как крепко, чтобы я не могла освободиться, но не настолько, чтобы не потерять создание. Ее рука поднята над головой.

Земля в двух футах под моими ботинками.

Корделия улыбается с хищным ликованием демона.

– Я долго ждала этого момента, и ты играешь важную роль в моем плане, – она широко раскрывает рот. – Видишь ли, я умираю с голоду. И пришло время его утолить.

Она швыряет меня на землю. Перед глазами у меня вспыхивают звезды, а боль рикошетом проходит по телу.

Корделия в одну секунду превращается в волчицу, и ее раскрытая пасть нависает надо мной.

Глава 20

Натаниэль

Злобное рычание раздается вокруг меня, когда я прихожу в себя и быстро моргаю, пока не начинаю понимать, что меня окружает. Сначала ко мне возвращается обоняние, и я принюхиваюсь, обнаруживая неприятный запах, который уже чувствовал раньше. Корделия. Когда разум наконец начинает понимать то, что я вижу, то кажется, что все разворачивается медленнее, чем обычно, как будто само время замедлилось.

Черная волчица нависает над Кайли, прижимая ее к земле. Зверь опускает клыки к ее горлу.

Кайли кажется в шоке.

Я вскакиваю и бегу к Кайли и черному чудовищу, хватаю волка за шкирку, затем отрываю существо от Кайли и швыряю его в поверхность холма.

Волчица врезается в скалу и падает на землю. Зверь не двигается, у него закрыты глаза.

– С тобой все в порядке? – спрашиваю я Кайли, помогая сесть.

– Да. Из-за нее у меня перехватило дыхание, но я не ранена.

Я обнимаю ее, прижимая голову к своей груди.

Черная волчица начинает приходить в себя. Корделия, ее звериная версия, поднимается на лапы и, пошатываясь, делает полшага. Она жалобно стонет.

Кайли кивает в сторону зверя.

– Это Корделия.

– Да, я узнал ее запах.

Я обнимаю Кайли обеими руками, не сводя глаз с волчицы.

– Прекрати, Корделия. Я не хочу убивать тебя, но сделаю это, если ты будешь упорствовать в этом безумии.

Как я убью ее? У меня нет оружия, и в данный момент я в человеческом обличье. Это значит, что у меня нет ни клыков, ни когтей, которыми я мог бы разорвать ее на части.

Корделия принимает человеческий облик. Ее глаза безумны, а рот приоткрыт, когда она рычит, и с губ капает слюна. Она, кажется, осознает свое состояние и вытирает рот, затем выпрямляется и сердито смотрит на Кайли.

– Твоя маленькая шлюшка должна умереть, Натаниэль. Я твоя настоящая пара, и только когда она исчезнет, мы сможем скрепить наши узы.

– Единственное, что я хочу скрепить – это твою могилу.

Я встаю, увлекая Кайли за собой, и встаю перед ней. Она прижимается ко мне всем телом. Медальон, висящий у нее на шее, выскользнул из-под рубашки и холодит мне кожу.

Кайли приподнимается на цыпочки, чтобы прошептать мне на ухо.

–Что мы теперь будем делать?