Сердце билось неритмично и удары становились всё более хаотичными, чем дольше мы смотрели друг на друга. Глаза у него были карие. Глубокого шоколадного цвета и такие... пронзительные. Его волосы, обычно непослушные, прилипли к голове от пота, а кожа сильно загорела от долгих часов, проведенных на солнце.

Прежде чем я успела залюбоваться его крепким телом под пыльной черной футболкой, он прошел мимо меня в сторону дома, оставив за собой шлейф мускусного запаха. Боже. Кому-то явно пора было помыться. Я последовала за ним, стараясь держаться на расстоянии, чтобы не пропахнуть этим потом и лошадьми, и смотрела, как он заходит на кухню через боковую дверь.

Рейн во все глаза уставилась на парня, пока он приступал к задаче. Он на минуту исчез снаружи и шум льющейся воды в конце концов прекратился. Мне даже в голову не пришло перекрыть основной вентиль, потому что я понятия не имела, где он находится. Когда он вернулся из сарая на заднем дворе, в руках у него был ящик с инструментами и пластиковый пакет с запчастями для мойки.

Ладно. Я почувствовала себя дурой из-за того, что спрашивала его раньше, знает ли он кого-нибудь, кто может помочь, когда он, очевидно, сам был экспертом в таких делах.

Одна из деталей выскользнула из его рук и когда он наклонился, чтобы поднять её, было трудно не заметить, как джинсы натянулись на его заднице и как мелькнула полоска кожи под задравшейся тесной футболкой.

Рейн всё еще смотрела не отрываясь, так что я откашлялась, чтобы привлечь её внимание, но лучшая подруга просто повернулась ко мне и беззвучно одними губами произнесла: «Вау».

Я покачала головой, глядя, как она обмахивается ладонью и говорит вслух:

— Эм... ладно, в общем... я, пожалуй, пойду. На этой кухне становится слишком душно для меня. Увидимся позже, Пейдж.

Она выскользнула из-за стола и зашагала прочь прежде, чем я успела сообразить, почему она бросает меня, когда мы планировали заниматься весь день.

— Сучка, не смей меня тут оставлять! — прошипела я ей вслед, провожая до входной двери, но она лишь ухмыльнулась мне.

— Будь я на твоем месте, дорогуша... — сказала она громче, чем следовало, — ...я бы воспользовалась возможностью и замутила бы с конюхом прямо на кухонном столе.

— Рейн, господи! — прорычала я, чувствуя, как горит лицо.

Моя подруга-предательница просто послала мне воздушный поцелуй и вышла из дома. Она знала, что я его ненавижу. Знала это, и всё же... я не знала, что на неё порой находило.

Вернувшись на кухню, я прислонилась к столешнице за его спиной и наблюдала за работой. Началась фаза неловкого напряжения. Когда он закончил, он обернулся и бросил на меня взгляд, который я не смогла разгадать. Между нами стоял стол и прощальные слова Рейн всплыли в памяти, заставив меня прикусить губу.

Мои глаза расширились, когда он подошел ближе; он помедлил несколько секунд, на этот раз посмотрев на меня как-то странно, после чего взял ручку и одну из моих тетрадей со стола и начал что-то быстро писать.

Это выбило из моей головы пошлые мысли и пробудило любопытство. Погодите, он на самом деле умеет писать? Вот это сюрприз. Я немного наклонилась, чтобы прочитать его каракули. Почерк был неаккуратным, но я смогла разобрать написанное: номер телефона с пометкой «сантехник» рядом и записка о том, что мне нужно подождать хотя бы пять минут, прежде чем открывать кран.

— Ладно, это я и сама знаю, — заявила я дерзким тоном. — Разумеется, я не собираюсь открывать его прямо сейчас. И что это значит? У тебя какие-то проблемы с выполнением работы здесь? Зачем мне вообще теперь звонить сантехнику, когда я знаю, что ты сам можешь со всем этим справиться?

Кухонная дверь внезапно распахнулась и я подпрыгнула, подумав, что, может, Рейн вернулась, но это был всего лишь Саймон, человек, ответственный за надзор над всеми рабочими. Его крупная фигура загородила солнечный свет, лившийся снаружи.

Я почувствовала, как парень рядом со мной напрягся, и, взглянув на него, увидела, что его челюсть сжата, а глаза подозрительно сужены. По какой-то причине от него исходили очень плохие вибрации.

— Пейдж, — вклинился глубокий голос Саймона и он нахмурился, глядя на нас обоих. — Что он здесь делает? Я заметил, как он вошел внутрь. Есть какая-то проблема?

— О... эм... я позвала его, потому что кран сломался, — объяснила я. — Он уже уходил.

Взгляд Саймона переместился на раковину.

— Он нормально его починил? — скептически спросил он и я задалась вопросом, почему он говорит так, будто парня здесь и вовсе нет. — Скажи ему, что он может проваливать. Я сам еще раз взгляну, на всякий случай.