Заперевшись в покоях, Киара начала вскрывать один за другим замки. На них все еще стояли защитные чары, но за несколько лет после смерти мага они успели ослабнуть и выветриться.

Лишь один раз ее ужалило заклинанием, когда она попыталась отодвинуть шкатулку от стены, чтобы шире открыть крышку. Это заставило нахмуриться, Кая проверила магическим импульсом пространство. Сама шкатулка оказалась пустой, а вот под ней обнаружилась неровность.

Киара ощупала место, чуть надавила. Противоположная стена сдвинулась в сторону.

У старого мага могли быть свои секреты, опасные артефакты, с которыми лучше не связываться.

Но, сделав для храбрости глубокий вдох, Киара вошла туда.

Небольшая каморка. Меньше двух шагов в длину и в ширину. Все пространство занимали полки, на которых стояли книги, тетради и собранные вместе листы исписанной бумаги.

Киара вытащила наугад тетрадку. Проверила на чары, а затем пролистала, не особо веря в успех. Но по мере того, как она переворачивала пожелтевшие страницы, сердце ускоряло свой бег, а ладони начали потеть от волнения.

Это был путевой журнал путешествия отца Стивена в Ниан! Создатель, она нашла то, что искала!

Захлопнув тетрадь, она закрыла глаза, собираясь с мыслями. Те прыгали с одного на другое, надежда мешалась с неверием. Сейчас она узнает ответы на все вопросы, и расколдует Филипа, и родителей с сестрой.

Она все сможет! Кто, если не она?

Она практически силой заставила себя улыбнуться в пустоту. Нет, она не будет плакать, когда ее цель так близка.

Когда она спасет родителей, она оставит трон старым семьям. Пусть грызут за него друг другу глотки. Пусть сажают на него кого хотят. Она уедет вместе с семьей из страны, отпустит Амоа… Он ведь так мечтает об отмщении…

Она не будет мстить. Некому. Родителей Стивена и старого Хранителя Магии больше нет, а сам принц не виноват в том, что сотворили его мать и отец, желая его спасти.

Отложив путевой журнал, Киара вытащила еще несколько документов, просматривая и тут же откладывая в сторону, как вдруг…

Пол дрогнул под ногами. Стены начали сжиматься, а легкие свело болезненной судорогой. Нет! Этого просто не может быть…

Бумага на гербовой королевской бумаге, подпись короля, королевы… и ее родителей.

Это что? Какая-то шутка?!

Она несколько раз перечитала все, что было там написано, но мозг отказывался воспринимать смысл.

«Мы, нижеподписавшиеся…

Спасение династии….

Согласие на проведение ритуала…

Компенсация в размере…»

Она читала снова и снова, словно слова магическим образом могли изменить свою суть. Но она не менялась. Ее родители знали о проклятии и сознательно отдали ее на откуп.

Возможно, у них не было выбора, им угрожали, или они защищали младшую дочь, не зная, что проклятие ударит и по ней тоже.

А может, были рады избавиться от ведьмы, родившейся в семье? Повелись на деньги, которые им пообещали?

Подробностей ритуала не приводилось. Только то, что это спасет принца и будет безопасно для Киары, поскольку та — ведьма. Там писалось проотсрочку, но из-за наворачивающихся слез смысл ускользал от нее.

Не сдержав эмоций, Кая ударила кулаком по полкам, затем порывистым движением смахнула все содержимое на пол.

Нет. Ее родителей обманули. Они не знали, на что соглашаются. Это правда. Это — ее правда. И другой правды ей не надо.

Кая вышла из тайника. Закрыла за собой проход и магией привела покои старого учителя в порядок. Вышла, запечатав чарами дверь.

Она наколдовала зеркало, проверить все ли с лицом в порядке, и вздрогнула от того, насколько угрюмо выглядела.

Злодеи и злодейки, которыми пугают детей в сказках, и те обаятельней, чем то, что в отражении.

С тяжелыми мыслями она отправилась в тронный зал. Но на этот раз не стала скрывать себя. Она всю жизнь подстраивалась под окружающих. Пусть теперь подстраиваются под нее.

Глава 19

Амоа сидел за столом королевского совета Диагона и вполуха слушал доклады про сгруппировавшиеся отряды противника на границах с Трилендом; говорили, что враг вот-вот пойдет в наступление, что Диагон к этому не готов, что в случае войны они не продержатся зиму.

— Позвольте заметить, Ваше Величество, — не выдержав, перебил докладчика Амоа. — В вашем распоряжении не только солдаты. Вы всегда можно попросту сжечь своих врагов.

Киара, которая сидела во главе, даже бровью не повела на его предложение. В последние два дня после покушения она была словно сама не своя.

Посадила свою птичку в магическую клетку и заперла в комнате. Нет, с одной стороны, он был согласен, взявшаяся из ниоткуда тварь изрядно действовала ему на нервы. Но еще больше птица действовала на нервы всем остальным, и чтобы понаблюдать, как бледнеют и начинают заикаться все остальные, можно было и потерпеть болтливую курицу. Тем более, что порой она была смешной.