— Ага, просто призову своего внутреннего Шахруха Кхана. — Его взгляд встречается с моим, а уголок губ приподнимается в одной из тех улыбок, которые кажутся предназначенными только для меня. — Ради тебя я бы станцевал даже на крыше поезда.

Это признание едва ли не лучше, чем признание в любви. Я уже слышу в голове «Chaiyya Chaiyya».

— Я бы с удовольствием на это посмотрела.

Положив обе ладони мне на талию, он удерживает меня на месте, наклоняется и нежно целует в щеку.

— Только не передумай насчет меня, когда сегодня увидишь, как я танцую.

Ничто не способно заставить меня передумать насчет него.

— Даже не подумаю.

Я с уверенностью могу сказать, что так весело мне не было уже целую вечность. Конечно, путешествовать по миру и смотреть, как по трассам на бешеной скорости носятся машины, — это здорово, но танцевать, кричать от восторга и съесть, кажется, тысяч десять джалеби? Такое ничем не переплюнешь.

Скоро должны выступать Дев, Окли, Чава и несколько двоюродных братьев со стороны невесты. И это очень кстати, потому что ноги в туфлях на каблуках уже ноют, а если я не хочу, чтобы все съеденные сладости попросились обратно, мне нужно присесть и немного отдохнуть. Убью двух зайцев одним выстрелом: наберусь сил перед следующим раундом танцев и сниму, как Дев выставляет себя дураком. Сплошные плюсы.

Едва я устраиваюсь на стуле у края невысокой сцены во дворе, появляется Дев. Вообще-то ему полагается готовиться к своему эффектному выходу, но вместо этого он приседает передо мной и протягивает телефон.

— Подержишь у себя, пожалуйста? — просит он, глядя на меня большими карими глазами с такими густыми ресницами, что я им ужасно завидую. — Не хочу, чтобы он болтался в кармане, пока я там танцую.

Я киваю и забираю телефон, наши пальцы соприкасаются. От прикосновения по руке пробегает разряд, и мне снова до отчаяния хочется хоть ненадолго остаться с ним наедине. До отчаяния хочется перестать скрывать наши отношения.

— Я присмотрю. — Я кладу телефон на колени, и на экране отражаются развешанные вокруг красные и золотые огни. — Удачи там. Постарайся не растянуться во весь рост.

Он закатывает глаза и выпрямляется, уперев руки в бока, словно герой Болливуда.

— Никогда. Я профессионал.

— Ага. Конечно. Как скажешь.

Подмигнув, он уходит к остальным парням. Я делаю несколько фотографий гостей и украшений, заранее получив разрешение и от Дева, и от Алиши публиковать материалы со свадьбы. На всякий случай я ничего не стану выкладывать до понедельника, когда мы все разъедемся, хотя к тому моменту мой контракт с Девом формально уже закончится. Впрочем, это неважно. Пока он не выгонит меня из своих аккаунтов, я хочу продолжать помогать.

Мое внимание вновь переключается на сцену, когда музыка из колонок становится громче. Свет приглушают, пока сцена не погружается во тьму, а затем вспыхивает прожектор и вступает ритм песни. Я ее не узнаю, зато индийская часть гостей явно знает прекрасно, и я тут же переключаюсь с фотографий на видео.

Первым появляется мой брат, который в ярко-розовой курте выглядит на удивление щеголевато. Следом эффектно выплывает Чава, а затем один за другим появляются четверо двоюродных братьев Дева. И вот наконец он — Дев во всем своем великолепии, широко раскинув руки, неспешно выходит в центр сцены. При любых других обстоятельствах от всего этого номера меня бы однозначно передернуло от кринжа, но это большая пышная индийская свадьба. Именно так все и должно быть.

Я попеременно смотрю то на самого Дева, который танцует и открывает рот под фонограмму, то на экран телефона, уже представляя, как смонтирую это видео. Клянусь, он будто поет прямо мне, и пусть я понятия не имею, о чем эта песня, это же классический Болливуд — она просто не может не быть до безумия романтичной.

Я едва не смеюсь, когда Окли и Чава чуть не сталкиваются во время смены позиций, но тут телефон Дева у меня на коленях вибрирует. Продолжая ровно держать свой, я опускаю взгляд.

На экране высвечивается имя Говарда.

Сердце тут же подскакивает к горлу. Я бросаю взгляд на свой телефон, который все еще записывает, а затем снова на телефон Дева. Черт. Говард не стал бы звонить, если бы у него не было новостей, но Дев исполнил только половину номера. Уже поздно, к тому же выходные, и если я позволю звонку уйти на голосовую почту, Говард может не ответить, когда Дев перезвонит.

Тогда Деву придется бог знает сколько мучиться в ожидании, особенно учитывая завтрашние свадебные торжества. Возможностей ответить на звонок у него почти не будет. А значит, мне нужно принять решение.

Прямо сейчас.

Прикусив губу, я нажимаю на экран своего телефона, останавливая запись. Бросаю его на колени и вместо него хватаю телефон Дева. Затем глубоко вдыхаю и отвечаю.

— Здравствуйте, Говард, это Уиллоу, — приветствую я, надеясь, что за грохотом музыки он вообще меня слышит.