Я замерла, резко затормозив с широко распахнутыми глазами. Смотрела сквозь странные, рябящие волны в воздухе на рушащийся мир вокруг.

Луны сокрушительно неслись сквозь пылающее небо, оставляя за собой выжженные полосы, похожие на зияющие раны. Каждый раз, когда одна из них врезалась в землю, изрыгался гриб из огня и камня под скорбные стенания Булдера. Эти звуки были полны такой боли, что мне казалось, будто его кости разбирают на части, дробят и плавят.

Я подняла взгляд. Оценила небо, всё ещё усыпанное лунами.

Сколько ещё ударов сможет выдержать мир, прежде чем станет непригодным для жизни? Прежде чем—

Холод пронёсся сквозь меня, когда моя Иная приподнялась во мне. Что-то заставило меня посмотреть на юг, туда, где насест Хэ покачивался на месте, будто невидимые руки пытались вытряхнуть его — выкрасть драгоценное серебряное яйцо из гнезда во тьме.

— Нет…

Пожалуйста, нет. Пожалуйста, оставайся прямо там, где висишь—

Он пошатнулся… пошёл вниз. Сначала медленно, а затем всё быстрее, распорывая небо, пока мои колени не подкосились от слабости.

Моя Иная подобралась так близко к поверхности, что знакомое онемение угрожало утянуть меня на дно. Она остановилась на самом краю, смотря моими глазами, словно выглядывая из подоконника. Вместе мы следили за этой маленькой кривой луной, совершавшей свой последний путь, срезавшей путь за изгиб горизонта, прежде чем её далёкое столкновение содрогнуло мир.

Грубый звук вырвался из моего горла — скорее звериный, чем фейский, но в равной степени принадлежавший нам обеим.

Клод толкнула меня сзади.

Я споткнулась, вылетев в ревущий хаос, который угрожал подхватить меня и сбросить с горы. Я припала к земле, впиваясь пальцами в треснувшие щели в камне, содрогаясь от оглушительного шторма. Будто выдох, который никогда не остановится для нового вдоха.

Но там было что-то ещё.

Гудящее эхо забивало мой мозг так сильно, что мне хотелось сжаться в комок и зарыдать. Вместо этого я зарычала, пытаясь понять: то ли Клод направила меня не в тот тоннель, то ли она на самом деле взрастила ко мне достаточную ненависть, чтобы пытать меня, — когда трещащий звук разнёсся сквозь воющий шум.

Земля под моими ногами ушла.

Я устремилась вниз вместе с ней, крича. Не от страха, а от досады.

Клод абсолютно точно выманила меня сюда только для того, чтобы Булдер сбросил меня со склона горы.

Ублюдки.

Весь воздух выбило из моих лёгких, когда я врезалась во что-то твёрдое, кожистое, ледяное и… движущееся. Извивающееся подо мной, точно—

— Лири…

Я раскрыла свою грудь, позволяя её присутствию затопить меня. Она запричитала, и этот звук перешёл в радостный клёкот, пока я находила опору, упираясь ногами в зачатки её крыльев. Я успела обвить пальцы вокруг её поводьев до того, как она отвернула от потока камней и снега, летевших к густому, подсвеченному огнём смогу, который начал собираться над равнинами.

Она виляла из стороны в сторону, а затем взмыла вверх, словно собиралась вырвать нас за пределы хватки гравитации, открывая мне пугающий вид на равнины, испещрённые сотнями огненных столкновений, насколько хватало глаз. Ударные волны расходились по плотному и пыльному облаку выхлопов, поднимавшемуся с каждым свирепым ударом, который принимала на себя земля.

Моё сердце сжалось от этого зрелища, паника нарастала. Было трудно поверить, что к концу всего этого хоть что-то останется.

Лири крутанулась и замерла, подавшись телом вперёд. Затрепетав крыльями, она опустила голову и шею, открывая мне ничем не заслонённый вид на сглаженную вершину горы. На то, что казалось эпицентром расходящихся волн.

Я прищурилась сквозь шторм к самому центру, и моё сердце остановилось при виде светло-голубого платья, которое я узнала. Длинные бледные волосы развевались на ветру. Кизари… зажатая в широких, мускулистых объятиях крылатого существа, подобного которому я никогда не видела.

Защитная ярость заставила мою верхнюю губу оскалиться, обнажая клыки, но затем я всмотрелась глубже.

Внимательнее.

Увидела, как нежно он прижимает ладонь к её щеке; тоску в мягких изгибах лица Кизари; нежный наклон её головы, когда она смотрит на него снизу вверх, и её губы шевелятся, произнося слова, которых я не слышала, хотя видела намерение в её взгляде.

Любовь.

Вглядываясь ещё пристальнее, я осознала, что эти волны расходились не просто вниз, в ущелья горы и по равнинам, но и вверх. К оставшимся лунам, всё ещё ненадежно висящим в небе, некоторые из которых уже угрожающе пошатывались… созревая для падения—

— Блять.

Луны… Они падают из-за них. Странная энергия, исходящая от этой любящей пары, сотрясает атмосферу с такой силой, что сбивает луны с мест, с катастрофической силой обрушивая их на землю.

Моё сердце ёкнуло в такт очередному стремительному падению.

Моя дочь уничтожает мир…