- Знаете, что еще смешнее? - обратился он к толпе. - Это смотреть, как пара таких язычников, техасских чили-ниггеров, танцующих "ту-степ, - трахают друг друга. Они ведут себя так, будто им такое не нравится, но, боже мой, как же им нравится. Как только они начинают друг на друга набрасываться, как собаки, это похоже на "счастливый час" в кожаном баре в Тихуане... больше хрюканья и пыхтения, чем в День святого Валентина на овечьей ферме в Арканзасе. До тошноты, Иисус и Мария, да. Эй, Санчес? Не хочешь выступить для нас?

Соломенная Шляпа посмотрел на него. - Иди на хуй, - сказал он.

Я почувствовал, как кожа на затылке напряглась; что-то в животе перевернулось. - Вот оно, - подумал я. - Вот оно, черт возьми, начинается.

- Что ты сказал? - спросил Сонни Бой, его глаза были черны, как мраморные шарики, обмакнутые в горячую нефть.

- Я просто сказал, чувак, что это не было...

Слишком поздно, он так и не закончил фразу. Сонни Бой тихо хмыкнул и выстрелил в него в упор из своего обреза. Я никогда раньше не видел, как кого-то подстреливают дробью с близкого расстояния. И, пожалуй, больше никогда не хочу. Лицо Соломенной Шляпы как будто исчезло в мясистом, мультяшном размытии. Его лицо, череп, даже кожа головы. Они превратились в жидкость и разбрызгались по мешкам с песком позади него, словно то, что собака вырвала, пожував мертвую горную белку. Примерно через долю секунды после этого труп Соломенной Шляпы упал назад в грязь.

- Пожалуй, мне стоит убить и тебя тоже, - сказал Сонни Бой Чабби, который плакал и хныкал, умоляя Бога о спасении и пощаде, и представлял собой довольно ужасающее зрелище с кровавыми брызгами Соломенной Шляпы, разбрызганными по его лицу. Но, возможно, то, что он втянул в это Бога, спасло ему жизнь, потому что Сонни Бой не выстрелил в него. Вместо этого он наклонился и закричал: - КОГДА ТЫ ВЫПАЛ ИЗ ЖОПЫ СВОЕЙ МАМЫ, ТЫ, ГРЯЗНЫЙ МЕКСИКАНЕЦ, ОНА ДОЛЖНА БЫЛА СМЫТЬ ТЕБЯ ВМЕСТЕ С ОСТАЛЬНЫМИ КУСКАМИ ДЕРЬМА! НО ОНА ЭТОГО НЕ СДЕЛАЛА, И ЭТО ПРИВЕЛО ТЕБЯ К СЕГОДНЯШНЕМУ ДНЮ, КОТОРЫЙ ДЛЯ ТЕБЯ - ПЛОХОЙ ДЕНЬ, СЫНОК, НАСТОЯЩАЯ ГОВНОБУРЯ В ВЫСОКОМ СОЛНЕЧНОМ ХЛОПЧАТОБУМАЖНОМ ПОЛЕ... НО ПРОСТО ПОМНИ, ЧТО ЗАВТРА МОЖЕТ БЫТЬ ЕЩЕ ХУЖЕ! ЕЩЕ РАЗ ПРИКОСНИСЬ К ЧЕМУ-НИБУДЬ ИЗ МОЕГО, И Я МОГУ ГАРАНТИРОВАТЬ ТЕБЕ, ЧТО ТАК И БУДЕТ, КАК ХРИСТОС ИИСУС МНЕ СВИДЕТЕЛЬ!

Он бросил взгляд на солдат. - Отпустите его и его шлюху.

Они оба изо всех сил благодарили Санни Боя, когда их освободили. Они просто не поняли. Они не поняли всего. Пока их не повели к воротам под дулом пистолета. Они кричали и умоляли, но это было бесполезно. Их бросили зомби снаружи, которые тут же свалили их с ног и начали питаться ими, пока те лежали, крича и барахтаясь.

Настала моя очередь.

Пил стоял там, улыбаясь. У него были обнаженные зубы. - Вчера вечером ты рассказал Папаше нешуточную историю, - сказал он. - Я наслаждался каждой минутой. Сонни Бою тоже понравилось, когда я ему рассказал.

Солдаты оттащили меня к Сонни Бою. Они даже не пытались меня связать или заткнуть. Я ждал именно этого. Именно тогда я собирался заставить их действовать. Я рассчитывал, что смогу вырваться из их рук на достаточное время, чтобы добраться до Сонни Боя. Тогда им пришлось бы убить меня.

- Стив, - сказал Сонни Бой, вздыхая и вытирая пот со лба. - Я совершенно вымотался, ты же знаешь? У меня нет сил, чтобы убить тебя. Я просто спрошу, почему ты мне соврал? Почему не сказал, что у тебя есть друзья, которые еще живы, или что где-то там у тебя есть сын?

- Насколько я знаю, они мертвы. Их поймали ребята из АРМ.

- Ты так думаешь.

- Да.

- Свят, свят, свят Господь Саваоф, - сказал он мне. - Да, сэр. Эти евреи убили Христа, ты же знаешь. Так же верно, как бритва вскрывает живот, эти евреи убили сына Божьего. Что ты об этом думаешь, Джек?

- Я думаю, нам следует не отклоняться от темы и покончить с этим, - сказал я ему с глупой бравадой.

И снова мой язык втянул меня в дерьмо. Это был тот самый повод, которого он так и ждал.

Изменение, которое произошло с ним, было не только бурным и вулканическим, но и мгновенным. В старых фильмах, когда безумный доктор выпивал зелье, ему требовалось несколько мгновений, чтобы превратиться в чудовище, но не Сонни Бой. Он стал диким, плевался и пускал слюну. - Я принимаю тебя в свою общину, а ты вот так мне отплачиваешь, чертов кусок дерьма! Ты, гребаный грязный ублюдок-сукин сын! Ты мне лжешь! Ты что-то от меня скрываешь! Ты меня оскорбляешь! - ревел он на меня, пенись изо рта, как обезумевшая гончая. - Но ты за это поплатишься, Боже, да, ты, слизистый грязный ублюдок, сосущий члены и трахающий сестер, СЫН ШЛЮХИ, за это ты, блядь, поплатишься!