- Вас троих поймали на браконьерстве на нашей территории. Вы украли у нас. Вы стреляли в нас. Вы убили одного из моих людей. Вот обвинения, выдвинутые против вас. Как вы на них отвечаете? - произнес он, словно какой-то безумный инквизитор.

Двое мужчин пытались что-то сказать сквозь кляпы, но слышна была только женщина. - Мы брали только то, что было необходимо для выживания. Мы не грабили. Мы не воровали. Мы просто пытались выжить. - Она задыхалась от ужаса. - Пожалуйста... вы должны в это поверить. Мы хотим только защиты. Мы хотим лишь стать частью вашего сообщества. Разве вы этого не видите?

- А, да, я понимаю, - сказал Сонни Бой, опираясь на трость. - Вы - кроткие и смиренные. Да благословит вас Господь, ведь вы всю жизнь выполняли Его волю, и чего еще можно требовать от кроткого духа?

- Да, да!

- Вы лжете! Вы богохульствуете!

- Нет, нет, нет...

- Скажи мне правду, - сказал Сонни Бой, - пока я не вырезал твой язык, гребаная язычница.

Женщина была в истерике, в полной истерике. То, что я видел, было, вероятно, чем-то вроде последнего акта, разыгрывающегося, когда какой-то извращенный, психопатический охотник на ведьм нашел свою добычу. Один из солдат протянул ему укороченный дробовик. Женщина начала кричать и рыдать.

- Заткните эту суку, - приказал Сонни Бой солдатам, - "или я засуну ствол этого дробовика в ее аппетитную дырку и разбрызгаю по небу ее проклятые яичники. - Он махнул рукой в сторону двух мужчин. Солдаты послушно разрезали им кляпы. Они освободили и женщину, и она рухнула в грязь. - Ты, Пончо, и ты, Педро, заткните эту шлюху! Я не буду слушать ее бранные слова! И если вы, парни, думаете, что я шучу, то лучше передумайте, потому что я самый жестокий ублюдок в городе. Я сотворен удивительно и чудесно, и вам, щенки, лучше в это поверить, ибо Бог мне свидетель, слава и хвала. А теперь скажи своей шлюхе, чтобы заткнула свой гребаный мексиканский рот и пошла лежать рядом со своей миской, или я убью ее так же, как Иисус был пригвожден к этому гребаному кресту, а когда она остынет, я трахну ее труп сильнее, чем пудель трахает штанину, амиго.

Вот насколько этот парень был совершенно, блядь, безумным. Толпа просто смотрела, широко раскрыв глаза; полностью завороженная тем, что делал и говорил этот маньяк. Не могу сказать, что это касалось всех, потому что Папаша и еще несколько человек выглядели совершенно понурыми, но остальные были очарованы этим зрелищем.

- Сколько ты у нас украл, Санчес? - спросил Сонни Бой.

- Просто немного еды, - ответил Соломенная Шляпа.

- Ты убил моего солдата? - спросил Сонни Бой у толстяка.

- Нет, нет, нет, это не мы, - ответил Толстяк.

- Я спрошу тебя еще раз, - сказал ему Сонни Бой, - "и на этот раз вы, мать вашу трахающие чили, лучше, черт возьми, ответьте мне прямо, или к рассвету в городе станет на двух бобовых ниггеров меньше.

Это было зверство. И что сделало ситуацию еще хуже, так это то, что Соломенная Шляпа полз вперед, склонив голову, скуля у ног Сонни Боя, как избитая собака. Толстяк сделал то же самое. Словно они были в церкви, умоляя о прощении.

- Какого черта ты делаешь, Санчес? - сказал Сонни Бой. - Кто велел тебе и этому Фрито Бандито лизать мне ноги и ползать перед мной?

- Пощади нас, пожалуйста, пощади нас! - воскликнула женщина.

- Да, позволь нам жить! Пожалуйста, позволь нам жить, мы только и хотим, что жить, мы не хотим умирать, - пробормотал Соломенная Шляпа, слова сыпались из его рта одно за другим.

- Неужели? Слава Иисусу, ты тупой гребаный мексиканец, знаешь об этом? Как насчет того, чтобы, когда мы здесь закончим, я приготовил тебе ужин из трех блюд и позволил тебе трахнуть мою мать?

- Нет. Никакой еды. Только наши жизни.

Толстяк очень медленно поднял глаза. - Я не голоден, я только хочу...

К этому моменту они оба уже сошли с ума и понятия не имели, что говорят. Я тут же решил, что так умирать не буду. Когда солдаты затащат меня туда, я сойду с ума и заставлю их застрелить меня или забить до смерти. Это был единственный путь.

Сонни Бой злобно посмотрел на своих двух жертв. - В котле - смерть, а вы, сумасшедшие ублюдки, пытаетесь шутить. Знаете что? Я не считаю вас смешными ни капельки. И я не думаю, что Господь на небесах хоть немного этим развеселился. Но я скажу вам, что, по-моему, было бы смешно. Это было бы - смотреть, как вы двое и ваша шлюха умрете, а ваши мозги будут капать с забора. Разве это не было бы по-настоящему забавным?

Сонни Бой выглядел как какое-то чудовище. Я видел только розовую полосу его рта и эти желтые зубы. А его глаза, слава Иисусу, - широкие, черные и немигающие, совершенно бездушные и безжалостные, как у рептилии.