Я помнила тот день, когда она появилась впервые на пороге нашего дома. Ее глаза были такими добрыми, а голос мягким. Она была моей второй няней. Первую – мисс Арлин – я не особо любила. Она всегда отчитывала меня и на все жаловалась родителям. Для нее неотъемлемой частью жизни были правила, и любое отступление от них каралось выговором. Благо Арлин была молода и вышла замуж. Тогда-то родители и начали поиски новой няни, и как же я благодарна судьбе, что на ее место взяли именно Пэгги.

После Арлин я отнеслась к ней с долей недоверия. Но со временем поняла, что теперь у меня появился настоящий друг. Мы проводили с Пэгги большую часть дня, она читала мне сказки, учила манерам и рассказывала о разных странах, которые ей довелось увидеть. А я делилась своими мечтами и мыслями. И она слушала, словно я взрослая, и всегда поддерживала.

Будучи еще маленькой, я была не самым послушным ребенком и часто пыталась вымолить прощение за свои шалости, чтобы любимая няня не рассказывала родителям.

Пэгги умела хранить секреты, но она всегда говорила, что прощения заслуживает лишь тот, кто искренне раскаивается. Остальное – пустой звук.

У Пэгги была уникальная черта: прежде чем простить, она всегда внимательно вглядывалась в глаза. В такие моменты, как сейчас, я знала, что няня видит меня насквозь.

Следующая уникальная черта Пэгги проявлялась сразу же после первой. Она умела прощать тех, кто раскаялся искренне. Ее глаза добрели, а на лице появлялась улыбка. И, несмотря на то, что мой поступок был ужасен, уже через минуту она словно и забыла о нем.

— Я жду рассказ о вечере, – с улыбкой сказала она, разуваясь, и я улыбнулась в ответ, чувствуя, как огромный груз упал с плеч.

Что бы ни случилось, Пэгги останется самым важным человеком в моей жизни.

— Расскажу за ужином, там будет над чем посмеяться и поплакать.

— И не сомневаюсь, – ответила няня. Я в это время взяла стопку счетов и решила быстро их просмотреть. Этот ритуал всегда был достаточно болезненным.

Мы, конечно, справлялись, и из дома нас никто не выгонял, но каждый месяц цены росли, а прибыль от лавки держалась на одном уровне. А иногда и вовсе подала.

И сейчас, открывая одно письмо за другим, я как никогда радовалась, что согласилась на предложение Адриана. Скоро все это останется позади.

Но одно письмо выбивалось из общей стопки: оно было из дорогой бумаги и с красивой подписью. Я тут же занервничала и быстро открыла конверт, но и содержимое ничем меня не порадовало.

— Что с тобой, Эли, ты вся бледная… — услышала я взволнованный голос.

— Придется ехать к Адриану, – уверенно сказала я, кинув взволнованный взгляд на нянюшку.

Он об этом должен узнать одним из первых.

Кучер остановился слишком далеко от дома — тот вроде виднелся из окна, но нужно было еще идти.

— Надо проехать дальше! – громко сказала я, чтобы кучер за стенкой услышал.

— Тогда доплатите, – раздалось в ответ.

— Но я заплатила вам, как и в прошлый раз! – ответила наглому кучеру, тому же, что привез меня сюда и в прошлый раз.

— Вечером стоит дороже, — ответил он. Я даже не успела прийти в себя от такой наглости, когда послышалось:

— Леди, вы собираетесь ехать дальше?

— Собиралась, что мне, по-вашему, делать? – ответила я вопросом на вопрос.

— Можете доплатить.

— Но у меня нет денег, – честно призналась я.

— Тогда пройдетесь пешком.

Карета затряслась, явно требуя моего выхода. Вот же негодяй, применил бытовую магию! Еще немного, и меня отсюда вышвырнет как котенка.

Не желая проходить унизительную процедуру, вышла на холодный воздух, обхватив себя руками. Но я успела отвести душу и хлопнула дверцей со всей силы. Кучер даже не стал ждать, пока я испепелю его взглядом, карета тут же двинулась в путь, оставив меня на улице.

— Негодяй! – крикнула я вслед и недовольно, сжимая в руках конверт, направилась к дому.

Пока дошла до забора, слегка замерзла. Зря я оделась так легко, но ведь собиралась впопыхах, спешила…

Окинула взглядом дом, который в полумраке казался еще более пугающим. Несмотря на то, что была здесь уже несколько раз, дом по-прежнему производил неприятное впечатление.

Но думать об этом я не могла. Ведь в руках всю дорогу теребила письмо. Это было приглашение. И если раньше оно бы заставило меня кричать от радости, то в свете последних событий только напугало.

Красивый почерк на дорогой бумаге гласил, что меня пригласили на дневной прием к леди Лорн, дочери одного знатного лорда, с которой я уже имела честь быть знакомой. Мало того что прием был дневным, но ещё и строго для девушек.

Как проходят такие приемы, я знала. Чай, вкусные угощения, разговоры о молодых и перспективных лордах, а также выставление успехов будущих женихов или богатых отцов. Так почему же меня оно напугало?